- Да, Верис. Оставил. Он обозначает, что вы меня в основном - бесите. А теперь найдите себе занятие и не отвлекайте меня.
Ника подняла подушку повыше и накрылась покрывалом. Она и сама не могла уснуть, то ли боясь побега Фроста, то ли ожидая звонка от друга. Но пережитое за последние дни гнало усталость, как подпольный самогон, и Ника не заметила, как задремала. Словно на минуту. Ни снов, ни образов, ни видений, а подобное бывает с ней крайне редко.
Девушка открыла глаза, посмотрела на черный экран телефона - мобильник не подавал признаков жизни. Кирран так и не предпринял первого шага к примирению. В комнате было пусто и тихо.
- Фрооост? - тревожно произнесла Ника, поднимаясь с кровати.
Тишина ответила тиканьем настенных часов. Агент посмотрела на секретер, за которым совсем недавно сидел маджикай - ни дневника Менандра, ни каких-либо листов с записями. Ника глянула на часы - раннее утро.
- Черт! Черт, какая же я дура! - взвизгнула девушка, шлепнув по лбу ладонью и голова тут же раскололась на сотню беспорядочных кусочков мозаики.
Верис простонала от боли и, подняв с пола сумку, выбежала из номера. Она понятия не имела, как давно Фрост улизнул вместе с фолиантом, и как скоро она сможет его нагнать. А главное, куда именно ей следует мчаться. Сигнатурный маджикай рано или поздно должен был сбежать от нерадивой девчонки, даже если и не планировал, но Ника так часто думала о побеге, что по закону притяжения иного хода событий и не предвиделось. Девушка словно в параноидальном бреду спустилась по длинной лестнице в холл.
- Извините, а господин... - подходя к ресепшену спросила она, напрочь забыв под каким именем здесь был записан Фрост, - в чьем номере я ночевала, давно ушел?
Пузатый мормолик улыбнулся и, пожав плечами, ответил:
- Господин Джелу никогда не докладывает, когда уходит.
Верис стукнула кулаком по стойке и опустила голову. Какое-то время, проплавав в бушующем океане своих мыслей, девушка вдруг почувствовала на себе тяжелый взгляд. Да настолько гнетущий, что Ника не выдержав, подняла голову и обернулась.
На лестнице в опасно-боевой позе стояла мормолика с ярко-голубым париком пластиковых волос на голове.
Ника сглотнула подкатившую к горлу жуть и поняла, что не надела плащ, который, даже если бы она о нем и вспомнила, ушел вместе с Фростом.
Мормолика сделала несколько тяжелых шагов вниз по лестнице, нахмурила подпаленные брови, сжала руки в кулаки и оскалилась.
- Лушана? - тихо произнесла Ника и попятилась назад.
Мормолика прибавила темп, и агенту службы охраны, ничего не оставалось, как побежать - трусливо, словно прогоняемая поганой метлой.
- Нет, Лушана! Успокойся, - возмутилась Ника, выбегая из здания.
Сзади слышался грозный топот. За госпожой Верис будто гналась разъяренная медведица. Пролетев несколько метров, Ника подумала, что достаточно глупо бежать, при условии, что в распоряжении были сверхвозможности, в отличие от способностей мормолики.
- Лушана, давай поговорим, - с усталой улыбкой сказала Верис, остановившись.
И тут же была сбита с ног.
Захрустели ветки. Мормолика шипела, а агент службы охраны беспардонно сквернословила, пока они кубарем катились в овраг. Колесо из девичьих тел закончило путешествие, встретившись с доброжелательно раскинувшим корни деревом. Ника сбросила свалившиеся на лицо обломленные ветки, да листья, и замерла, увидев кулак-молот, однажды уже грозившийся сокрушиться прямиком в нос.
- Аггха-хагха-гха, - устрашающе произнесла Лушана.
- Давай сыграем во 'всезнайку'? - выставив вперед руку, протараторила Верис.
Мормолика произнесла насмешливо, но удивленно:
- Гха?
- Извини, меня Лушана.
Мормолика ожидала чего угодно, но только не извинений из уст великородной наследницы.
- О чем ты говоришь? Я сейчас размозжу тебе глаз!
- Я хочу сказать, что сожалею о том, что сожгла ту папку. Но ты сама виновата, потому что дело твоей жизни, было жизнью моей.
Мормолика опустила кулак, и ее лицо приобрело дружелюбно-растерянные черты. Какое-то время она тяжело дышала. Минуты две девица разбиралась в собственных чувства и, наконец, произнесла:
- Тогда уж и ты меня извини.
Ника поднялась на локтях и сказала:
- Мне было очень обидно, потому что я привязалась к тебе. Да, я знаю, я отвратительная подруга. Мне уже сказали, что я эгоистична и ничего дальше своего носа не вижу...
- Это точно, - согласно кивнула Лушана, поправляя съехавший на бок парик.
Ника бросила возмущенный взгляд на мормолику.
Лушана улыбнулась, протянула руку и помогла агенту Верис подняться.
- Сначала я тебя просто ненавидела, - начала исповедь мормолика, - потому что ты великородная, и к тебе особое отношение. Но потом поняла, что и тебе непросто. На самом деле, я бы не опубликовала материал про твоего отца, не сказав тебе, - но подумав, добавила: - Наверное.
Ника усмехнулась.
- Слухами больше, слухами меньше. Все равно, примечательнее моих родителей в моей жизни ничего и не было.
- Тогда зачем ты сожгла мою папку?! - возмутилась Лушана, занося кулак для удара. - Я все же размозжу тебе что-нибудь!
Ника опешила, и осторожно шлепнув мормолику по плечу, сказала:
- Эй... давай ты это сделаешь, как-нибудь в другой раз. Все же ты первая оказалась не права. Потому что это унизительно, когда с тобой дружат, из-за того, что это выгодно.
- Так было только поначалу.
Лушана и Ника замолчали, с заметной симпатией в глазах смотря друг на друга.
Мормолика спросила:
- А что ты здесь делаешь?
Ника раскрыла губы для ответа, но опыт прошлого залетел в рот, словно муха и девушка замолчала, покосившись на Лушану.
- Ладно, поняла, - отмахнулась та. - Ничего не говори. Я... кстати... видела здесь твоего Фроста.
- Что? Когда?
- Где-то два часа назад, он уходил из общины.
- Два часа назад? - переспросила Ника, воодушевленная осознанием того, что не так уж давно разминулась с Фростом.
К тому же проводник в заповедник был только у нее, и девушка вспомнила, что в сумке валялись первые выписки, которые делал маджикай - появился достаточно перспективный шанс его настигнуть. В любом случае она знала, что в конце финишной прямой - Зеркало Правды.
- Спасибо, Лушана, - поблагодарила Ника. - Извини, мне надо бежать... погоди... но ты ведь говорила, что даже не чаешь, кто такой Фрост.
Лушана виновато потупила взгляд.
Ника покачала головой.
- Слушай, а ты случайно не знаешь... про бар на болоте?
- Знаю. Если хочешь, я тебя подброшу, - с широкой улыбкой подруги-акулы предложила мормолика, - по старой дружбе.
***
Духота, запах свиного жира, свежего пота и хмельных посетителей - то первое, с чем пришлось столкнуться агенту Верис при входе в заброшенный бар на болоте.
За деревянным столиком сидел синекожий тролль, доедающий вторую тарелку омлета с беконом. Запивая завтрак сладкой брагой, он размышлял на тему, почему все особи женского пола имеют привычку опаздывать. Цератоп думал о неисправной стороне их биологических часов, содержании бабьих голов и пресловутой дамской наглости. Как бы в подтверждение последнего за его столик плюхнулась девушка, чей всклокоченный вид, кажется, стал привычным и, что удивительно, ей шел.
- Грохоты! - фыркнула она по-звериному.
- И тебе доброе.
- Какой, кошмар эти Грохоты! Прости, я опоздала.
Тролль хмуро кивнул и сказал:
- Надо же, ты тоже это заметила.
Верис не унималась:
- Я всегда считала, что когда мормолики говорят, что 'я приехал с грохотом' это имеется в виду тот привычный шум, с которым они передвигаются. Но откуда же я знала, что Грохоты - это Огромные Летающие Головы.
Цератоп посмотрел на девушку. Сомневаясь, что все, что Ника сейчас произнесла, адресовалось именно ему, обернулся.
- Летающие головы? - уточнил синекожий.
- Да! Большая сквернословящая голова. И она меня укусила, - Никария бесцеремонно задрала ногу на стол и закатала штанину, демонстрируя два красных полукруга.