Волосы завиты и закинуты на одно плечо. Карие глаза, подчёркнутые тенями, лишают меня дара речи.
А когда она улыбается и поворачивается, чтобы я мог разглядеть глубокий вырез на спине, открывающий тонкую талию, у меня сам собой вырывается стон. Она смеётся, снова поворачивается ко мне, изящно взмахивая руками.
— Как думаешь, Мэри Сью одобрит?
Я делаю шаг вперёд.
— Крошка, ты выглядишь...
Она сама подходит ко мне и поправляет бабочку, которую я даже не заметил, что криво надел. Кольцо на её пальце сияет. Рядом ещё одно — с россыпью мелких бриллиантов. Новенькое. Похоже, теперь всё выглядит более «официально». И мне хочется стукнуть себя по лбу — почему я сам не додумался исправить этот момент?
— Спасибо, — сиплю я.
— Всегда пожалуйста, милый.
Что-то переворачивается в животе. Это не должно было быть по-настоящему. Не должно было чувствоваться... вот так.
— Чёрт. Я забыла духи, — говорит она и исчезает в ванной. Через секунду в воздухе разливается аромат. Когда она выходит, запах окутывает нас.
Клубника.
Эта женщина сногсшибательна с головы до пят. А ещё она умна, талантлива и предана своему делу и от этого мне становится так тепло.
Мы спускаемся в огромный бальный зал. Швейцары у входа машут, приглашая нас пройти. Она вдруг останавливается, и я беру её за руку.
— Ты справилась, Рубс. Здесь потрясающе. Дыши.
Её пальцы сжимают мои, она смотрит на меня и кивает.
Через секунду рядом появляется Мэри Сью. Они обсуждают последние детали по кейтерингу, и Руби уверяет её, что всё проверено и перепроверено. Меня распирает от гордости. Я ведь знаю, как она волнуется из-за каждой мелочи и хочет, чтобы клиенты были довольны всем до последнего цветка на столе.
Приносят закуски. Я беру и себе, и Руби — хочу, чтобы она тоже успела поесть в этот напряжённый вечер. Когда мы садимся за основной стол, она разговаривает с владельцем — Биллом. Его взгляд скользит ко мне, он кивает.
— Привет, вы должно быть мистер Роббинс?
— Именно. Очень приятно. Я Рид. Билл?
Пожимаем друг другу руки, и он тут же начинает втирать что-то про бизнес и прочую скучную ерунду, на которую я делаю вид, что мне интересно.
— В каком бизнесе вы, Роббинс?
Мы с Руби даже не обсудили, какую историю мне тут рассказывать. Так что я просто импровизирую и надеюсь, что не влипнем.
— Немного того, немного сего. В основном недвижимость. Есть пара клиентов в районе Льюистауна, так что эта поездка оказалась выгодной для нас обоих.
Не совсем враньё. У меня и правда есть интерес к земле и ранчо, которое теперь моё. А у Гарри и подавно. Так что «недвижимость» звучит вполне правдоподобно.
— Ну, значит, дел по горло, да? — спрашивает Билл.
— Ага. Всегда в движении. Но меня это устраивает. Пока Рубс покоряет мир, я при деле.
Билл смеётся и хлопает меня по плечу.
— До тех пор, пока не сделаешь из неё мать, дружище. Тогда ты и будешь тем, кто приносит домой еду. Как и должно быть.
Я сжимаю челюсть и бросаю взгляд на Руби. Как, чёрт подери, она вообще работает с этим придурком?
Беру бутылку пива, делаю глоток.
— Извините.
Встаю, наклоняюсь к Руби.
— Выйду на минутку, крошка.
Она скользит пальцами по моим костяшкам, кивает, не отрывая взгляда от женщины, с которой разговаривает. Я выхожу. Не могу больше ни минуты сидеть рядом с этим шовинистским старым козлом. Я бы ни за что не отнял у Руби, или у любой другой женщины, её карьеру ради того, чтобы быть единственным кормильцем.
Вот же урод.
Снаружи — зона у бассейна, та самая, что граничит с уличным кафе, где мы сидели вчера. Сегодня вечером кусты и пальмы украшены гирляндами. Вода в бассейне подсвечена радужными огнями. Снаружи, как и внутри, играет тихая музыка. Несколько гостей прогуливаются поблизости, но большинство слишком занято беседами, чтобы обратить на меня внимание. Я дёргаю галстук-бабочку и глубоко вдыхаю.
Запах хлора бьёт в нос, когда я наклоняюсь к ограждению бассейна и опускаю голову. Щелчки каблуков за спиной заставляют меня выпрямиться. Руби быстро сокращает расстояние между нами.
— Ты в порядке, Ридси?
Я бросаю взгляд внутрь, прячу руки в карманы и только потом встречаюсь с ней взглядом.
— Да, всё нормально.
— Хорошо. Осталось полчаса, и мы сможем вернуться наверх. Я понимаю, тебе, наверное, уже всё это порядком надоело.
Она указывает жестом между нами.
Она имеет в виду этот наш фальшивый брак.
— Да нет, всё в порядке. Просто нужно было подышать. Билл немного...
— Он козёл. Но Мэри Сью милая. Я на этом стараюсь сосредоточиться.
Я усмехаюсь.
— Вижу твою тактику выживания, Руби Роббинс, и предлагаю свою.
— Да? И что же?
— Потанцуем?
— Рид, я работаю.
— Знаю. Это займёт минуты три, не больше. Перерыв ведь тебе разрешён, да?
— Я...
Я прикладываю палец к её губам и в этот момент к нам подходит Мэри Сью.
— Никаких «но», миссис Роббинс. Мы танцуем.
Когда мы проходим мимо Мэри Сью, Руби бросает на меня быстрый взгляд, приоткрыв губы в удивлённом «о».
Я подмигиваю ей, и она берёт меня за руку, легко толкаясь плечом в мой бок. Как только мы оказываемся на слабо освещённой танцплощадке, под звуки медленной музыки, я притягиваю её к себе. Как долго я ждал этого момента?
Я беру её за руку и кружу. Мэри Сью и Билл наблюдают за нами: у пожилой женщины в глазах романтический восторг, а Билл пожимает плечами и с ухмылкой уходит к бару. Ещё несколько пар присоединяются к нам. Мы двигаемся, стараясь не задевать других.
Руби поднимается на носочки, прижимаясь губами к моему уху.
— Спасибо.
Я крепче прижимаю её к себе и наклоняю голову.
— Всё, чтобы увидеть твою улыбку, детка.
Она расплывается в яркой улыбке, и я раскручиваю её, отпуская, а потом снова притягиваю к себе. Она плавно возвращается, упираясь ладонью мне в грудь. Я отступаю назад и увожу её за собой. Мы движемся легко, в одном ритме — пока я не налетаю на кого-то сзади.
Я поворачиваюсь, чтобы извиниться.
Но меня встречает знакомое лицо.
Блядь.
— Роулинс? Что ты здесь делаешь?
Джастин, мать его, Морли.
Из всех возможных придурков именно этот должен был объявиться. Если он сейчас разинет рот, он разрушит всё. Нашу легенду. Работу Руби.
— То же, что и ты, Морли.
— Ты тоже инвестировал в гостиницу? Или это твой отец? — Он оглядывается, словно Гарри может быть где-то рядом.
— Нет. Только я.
Руби кладёт ладонь мне на грудь, пальцы касаются лацкана.
— Руби, это бывший начальник Адди, ты помнишь?
Она даже не делает попытки кивнуть Морли.
— Да, помню, — её голос звучит жёстко, почти с ненавистью. И мне приходится сдерживать улыбку.
— Руби? — позади нас зовёт Мэри Сью.
— Позже, Роулинс, — бросает Джастин, наконец вспоминая о своей партнёрше по танцу и увлекая её прочь.
Мы поворачиваемся к Мэри Сью.
— Роулинс? — Она смотрит с явным недоумением. — Руби?
— Да? — Руби выскальзывает из моих объятий, будто в тумане. Она выглядит так, словно её сейчас стошнит.
Мэри Сью переводит взгляд с меня на Морли. Этот ублюдок только что вдребезги разнёс всю нашу легенду. Она бросает взгляд на наши руки — скорее всего, проверяет, есть ли кольца. Господи, у этих людей наглости хоть отбавляй.
— Простите, Мэри Сью. Я отведу жену в номер — мы пораньше закончим вечер, — слова буквально скребут мне горло. Как будто я могу спокойно смотреть на себя в зеркало после того, как выдал женщине приказ, словно у неё нет права решать, что делать.
— Простите, у меня ужасно болит голова, — Руби прижимает пальцы к виску и опирается на меня.
— Хорошо. Загляну к вам завтра. Спокойной ночи, — голос Мэри Сью звучит сдержанно, но глаза всё ещё бегают от нас к Морли.
Святой Боже.
— Спокойной ночи, — отвечаю я и стараюсь как можно быстрее увести Руби.
Она не произносит ни слова всю дорогу до лифта. У серебристых дверей я жму кнопку «вверх» с такой силой, будто от этого что-то зависит. Руби вынимает руку из моей и отходит на шаг.
Блядь.
Я провожу рукой по волосам, разворачиваюсь, чтобы извиниться, но тут же захлопываю рот — к нам стремительно идёт Мэри Сью.
Ну вот и началось...
— Руби! Дорогая, ты забыла сумочку.
— О, спасибо, Мэри Сью, — Руби берёт сумочку у клиентки и одаривает её улыбкой.
Мэри Сью бросает на нас подозрительный взгляд, морщит лоб.
— А вы знакомы с Роулинсами из Льюистауна?
Святой Боже.
— Нет, не думаю, — я снова нажимаю кнопку лифта.
Она делает шаг ближе:
— У моей кузины одноклассником был Гарри Роулинс. Парень был неплохой, хоть и резковатый для большинства. Но она всегда хорошо о нём отзывалась. Кажется, она даже была в него влюблена в выпускном классе.
— Всё ещё не припоминаю. Простите, но не понимаю, как это связано с Роббинсами? — бросаюсь я, надеясь сбить её с толку.
— Ну, наверное, я просто всё перепутала. Спокойной ночи, вы двое.
Как только она уходит на достаточное расстояние, Руби тихо ругается.
— Она нас раскусила, Рид.
В её взгляде тревога, которая передаётся и мне. Нужно срочно что-то предпринять. Мэри Сью слоняется по лобби, будто специально выжидает, когда мы проколемся.
— Рубс.
Она оборачивается, и я беру её за руки в тот момент, когда лифт наконец издает звон.
— Не позволяй ей усомниться в тебе. Ни на секунду.
Она смотрит на меня.
— И как мне это сделать?
Мэри Сью в это время выравнивает стопку визиток на стойке регистрации, но при этом явно наблюдает за нами. Ждёт, когда что-то не сойдётся.
— Ты мне доверяешь, крошка? — тихо спрашиваю я.
Её карие глаза встречаются с моими, и она выдыхает.
— Да.
Я беру её лицо в ладони и накрываю её губы поцелуем. Её губы — мягкие, как шёлк. Моё тело само собой тянется к ней. Она на вкус сладкая, фруктовая — как вино, которое она пила, и что-то неуловимо похожее на неё. Её пальцы цепляются за ворот моей рубашки, и тепло разливается по моему телу, заставляя мой член в мгновение ока напрячься.
Когда Руби отстраняется, я остаюсь на месте, всё ещё держу её за лицо, всё ещё прижат к ней. Мы оба тяжело дышим.
На её лице появляется лёгкая, ошеломлённая улыбка.
— Думаю, теперь точно поверят, Ридси.
— Да, сработало, — хриплю я.
Двери лифта уже в третий раз распахиваются с того момента, как прозвучал звонок. Она тянет меня внутрь. Но как только двери закрываются, она выпускает мою руку и отходит на шаг, а её шею и щёки заливает румянец.
— Извини за это.
— Всё нормально. Я как-то догадывался, что до этого дойдёт.
Она тихо смеётся, коротко, будто с трудом.
— Если я поставила тебя в неловкое положение, прости. Это было единственное, что пришло в голову, чтобы укрепить нашу версию.
— Нет, это была хорошая тактика. Спасибо, — произносит она с придыханием.
Когда мы выходим на наш этаж и идём по коридору, она подходит к двери и открывает её картой. Я захожу следом и закрываю за собой. Прислоняюсь к двери.
Она сбрасывает туфли, заводит руку за плечо и пытается расстегнуть молнию. Не выходит.
Я подхожу ближе и кладу руку поверх её руки:
— Позволь.
Она опускает руку, отводит волосы в сторону, поднимает другую руку, обнажая спину. Я тяну за молнию. Она идёт с трудом, но поддаётся спустя пару секунд. Я опускаю её на несколько сантиметров и убираю руку. Она перехватывает мою кисть, поднимает на меня глаза.
— Спасибо.
Мы стоим, глядя друг на друга, и время будто замирает. Дыхание у неё сбивчивое, как и у меня.
Я делаю шаг назад, скидываю пиджак с плеч, сдёргиваю галстук-бабочку и расстёгиваю верхние три пуговицы на рубашке.
— Мне нужно принять душ, — бормочет Руби и исчезает в ванной.
А мне нужен холодный душ.
Долгий, холодный, отрезвляющий душ.