— Думаю, ты выглядела бы восхитительно на моей кухне, Рубс. Но это ведь не твой план, верно?
Он стоит слишком близко. Между нами пара сантиметров. И да, он прав. Это не мой план. Я хочу когда-нибудь открыть собственное агентство по организации мероприятий, а для этого нужно вкалывать в крупных агентствах, брать опыт, работать долго и упорно. Но я не хочу тратить свой день отдыха на разговоры о работе, так что я просто вкладываю ладонь в его руку и тяну в сторону дома.
— Экскурсия, Ридси. Покажи мне своё новое приключение.
Он прижимается ко мне сзади, не отпуская мою руку, и мы замираем в паре шагов от крыльца. В доме кто-то есть.
— Это всего лишь Мак, детка.
— А я и не знала, что он здесь.
— Да, пока я кайфовал в Грейт Фолс, он делал мою работу.
— Что? Ты не сказал, что тебе нужно было быть здесь…
— И не нужно. У меня есть Мак.
Как только он это произносит, его старший брат выходит на крыльцо.
— Руби, — кивает он, уже в шляпе. — Как прошла ваша вечеринка?
Он одет в джинсы и рубашку в клетку с закатанными рукавами — точно как Рид. В руках кружка с кофе.
Господи, я бы сейчас всё отдала за кофе.
— Хочешь кружечку, Роббинс? Или ты всегда смотришь на чашки так жаждущим взглядом? — говорит Мак.
Рид шагает в дом.
— Я бы с удовольствием. Утро выдалось насыщенное?
— Да нет. Немного воды и пара заборов — Гарри попросил.
— У тебя вообще бывают выходные?
Он приподнимает бровь, как будто я, вообще-то, должна молчать.
— Обычно нет. Ранчо — это не работа. Это круглогодичный, триста шестьдесят пять дней подряд, образ жизни. По крайней мере, у Гарри. А мы в этом участвуем — добровольно-принудительно.
Он снова делает глоток.
— О, должно быть, непросто.
— Это стиль жизни, точно. Заходишь?
— Конечно. А то вдруг Рид испортит мне кофе, если сам нальёт.
— Слишком сладкий получится, да? — Он усмехается и переступает с ноги на ногу, пока я прохожу мимо с лёгким смешком.
— Что-то вроде того, Мак.
Он приподнимает шляпу, ставит кружку на маленький столик у двери и спускается с крыльца.
— Увидимся, Руби. Хорошего тебе дня отдыха!
Я машу ему, улыбаясь, но с лёгкой озадаченностью. Эти мужчины... они всё между собой делят?
— Кофе, детка? — раздаётся за спиной голос Рида.
Я оборачиваюсь, и он протягивает мне кружку, кивком приглашая внутрь.
— Пошли, сначала экскурсия по дому.
Я иду за ним. Дом небольшой, но уютный. Именно таким я себе и представляла фермерский дом. Слева — кухня, справа — гостиная с камином. Здесь можно запросто потеряться на часы.
Рид поднимается по лестнице, я следую за ним. Когда мы доходим до второго этажа, он машет рукой в сторону.
— Гостевая спальня.
Потом указывает на дверь напротив.
— Самая маленькая комната в доме. А вот это... — он подходит к открытой двери слева и облокачивается на косяк, — это моя новая спальня.
Я прохожу мимо него и захожу внутрь. Здесь по-домашнему. Просто. Приятно. Большое пространство, пол из отполированного дерева придаёт комнате тепло. Ничего общего с бетоном и стеклом моей квартиры. Под длинным окном уютно устроена скамейка, и я сажусь, чтобы насладиться видом на горы. Виды — потрясающие.
— Она потрясающая, Ридси.
Я делаю глоток кофе — он горячий, с землистым привкусом. Восхитительный.
— С конской спины вид лучше. Пошли, посмотрим остальное.
Неохотно покидая уютное местечко у окна, я вздыхаю и встаю. Мы допиваем кофе, и Рид споласкивает кружки, оставляя их в раковине.
— Итак, что у нас по плану на день?
— Я же сказала, детка. Верховая езда. Хочешь свою лошадь или мне придётся смириться с тем, что ты будешь хвататься за меня на парной посадке?
Я хлопаю его по руке.
— У меня будет своя, спасибо большое.
Сарай огромный — такой же, как у Гарри и Хадсона. Внутри стоит огромный красный трактор.
— Доброе утро, Рыжий, — говорит Рид, проходя мимо этой махины и хлопая по капоту. У трактора есть имя. Я с трудом сдерживаю смех. Боже, этот человек обожает свою технику.
— Амуниция здесь, — Рид ведёт меня в небольшую комнату. Стены увешаны крючками и металлическими креплениями, на которых висят уздечки, седла и вальтрапы.
— Справишься сама?
— Конечно, загружай, — я протягиваю руки, и он укладывает на меня снаряжение.
Он берёт свою экипировку, и мы направляемся к конюшне за домом. Я сразу узнаю лошадь Рида — Магнита. В длинном здании стоят ещё две. Запах сена и лошадей обволакивает, пробуждая воспоминания. Я не сидела в седле уже много лет.
Сердце начинает колотиться сильнее, когда я нерешительно поднимаю руку к Магниту. Он фыркает и принюхивается к ладони.
— Он тебя любит, детка.
Я нервно смеюсь.
— Может быть.
— А вот это — Мира. Сегодня ты будешь на ней.
Я приподнимаю брови.
— Убери мысли из канавы, Рубс.
Моя челюсть отвисает.
— Эй! Я даже ничего не сказала!
Он касается козырька моей кепки, проходя мимо с Магнитом к небольшой бетонной площадке у дверей.
— Не нужно. Твоё лицо и так стало цвета, как твоё имя, детка.
Чёрт побери.
— Мне снять с неё эту цветную штуку и прикрыть ей морду?
Рид оборачивается, бросает повод Магнита на землю и приближается ко мне.
— Давненько не ездила, да?
Он берёт у меня в руках цветную уздечку и заходит в стойло к Мире. Расстёгивает ремешок сбоку, надевает уздечку ей на морду и за уши, затем застёгивает. Перекидывает повод через шею и проводит рукой по её ноге. Мира смещается и тут же поднимает копыто.
— Чёрт, — говорит он, беря её копыто в ладонь. — У неё ушиб от камня.
Он осторожно опускает её ногу и расстёгивает уздечку.
— Она не поедет?
— Нет, извини, Рубс. Похоже, ты будешь ехать со мной. Придётся позвать Адди, пусть посмотрит, вдруг это просто ушиб.
— С ней всё будет в порядке?
— Должно быть. Но брать её с собой нельзя. А вон тот жеребец — не для новичков.
— А может, мы просто пройдёмся пешком? Или возьмём грузовик?
Он улыбается, и я понимаю, какая глупость только что сорвалась с языка.
— Нет, детка. Слишком далеко и слишком пересечённая местность. Мой пикап туда не поедет. Он слишком драгоценный. Слишком красивый. Так что ты поедешь со мной. К тому же, Магнит уже не первый день просит меня, чтобы я дал ему шанс провести с тобой время. Честно, я уже устал от его нытья.
Я закатываю глаза и смотрю на серого мерина, который терпеливо ждёт там, где его оставил Рид.
— Ну ладно. Пусть будет по-твоему.
— Дай мне пять минут. Сейчас между твоих длинных ног будет тонна живой силы.
— Рид! — я срываю с головы кепку, собираясь кинуть в него.
Он сгибается от смеха. Шляпа падает на землю. Он проводит рукой по волосам, поднимает шляпу и водружает её обратно мне на голову.
— Подержи пока, детка, — говорит он, направляясь обратно к Магниту.
Я не могу оторвать взгляда, пока он седлает лошадь. Его руки напряжены под весом снаряжения. Он говорит тихо и ласково. А уж когда он наклоняется, чтобы почистить копыта... Господи, этот зад — просто мечта.
Погружённая в свои фантазии, я даже не замечаю, как он надевает уздечку с другой стороны. Прежде чем понимаю, что делаю, оказываюсь у плеча Магнита. Рид пригибается, проходя под шеей лошади, и почти сталкивается со мной, переходя обратно на эту сторону.