Рид встречает меня на полпути к столу. Я поднимаю ладонь.
— Дай мне минуту перевести дух.
Он кивает, но его брови хмурятся, когда я прохожу мимо, подхватываю пальто с крючка у входа и выхожу на улицу.
Снежинки садятся мне на волосы, на плечи. Я прислоняюсь к холодной стене амбара, а из чуть приоткрытых дверей разливаются свет, весёлые голоса и задорные кантри-мелодии. Поёжившись, я сильнее затягиваю пальто вокруг себя. Меня накрывает осознание масштабов всего происходящего.
Я изменила чью-то жизнь к лучшему.
Я сделала его счастливым.
Я сделала счастливыми всех этих людей. Одной незабываемой ночью.
Ничего общего с холодными, безликими корпоративными встречами, которые я обычно организую.
И внезапно мысль о возвращении к этому кажется невозможной.
Но моё место — не здесь.
Оно в городе.
Если этот перерыв в моей карьере чему-то и научил, так это тому, что шаг в сторону может быть увлекательным… но всё, чего я добивалась, начинает страдать от недостатка внимания. Олив злится и, похоже, уже нашла мне замену.
Я начала делать ошибки.
Я отталкиваюсь от стены амбара и иду к пикапу Луизы и Гарри. Залезаю на передний бампер, подтягиваю колени к груди и зарываюсь лицом в подкладку пальто. У Адди всё сложилось… но я — не она. Я плохо справляюсь с чувствами, отношениями, с жизнью в маленьком городе. Всё это будто поглощает меня целиком и оставляет без воздуха.
— Думал, найду тебя здесь, — раздаётся голос.
Я поднимаю голову — Мак, красивое лицо, тёмно-синие глаза, полные тревоги, смотрят прямо на меня.
— Мне нужно было перевести дух после танца с Гарри.
Он смеётся и запрыгивает рядом.
— Да, кто бы мог подумать, что у старика такие движения?
— У него и правда талант. Он потрясающе танцует.
— А ты думала, Ма вышла за него из-за его характера?
Я улыбаюсь, качаю головой.
— Знала, что в Гарри Роулинсе кроется что-то ещё. Но на танцевальные па его точно не ставила.
— Думаешь, не пора ли тебе сменить поколение и выбрать старшего? — ухмыляется Мак.
Я захохотала, почти закашлявшись. Он шутливо толкает меня плечом. Но улыбка быстро сходит с моего лица, я снова зарываюсь в пальто и дрожу.
— Пойдём внутрь, Руби.
— С Ридом всё в порядке? Он общается с гостями?
— Сама посмотри.
Он спрыгивает с бампера и протягивает мне руку. Я вкладываю в его ладонь свою — холодную, как лёд. Его рука — тёплая, обволакивающая. Похоже, в этой семье нет ни одного человека, который бы не прикрывал меня. Это настолько непривычно… что аж щемит.
Когда я оказываюсь на земле, Мак обнимает меня за плечи, притягивает к себе, к своему теплу. Я поднимаю на него глаза, и тут же чувствую, как в глазах собираются слёзы.
Вот чёрт.
— Прости, — шепчу, вытирая их тыльной стороной руки.
— Эй, недельки-то выдались непростые. Всё нормально, Роббинс.
— Ага, — выдыхаю я.
Вот и всё. Длинная неделя. Полная этих удивительных людей. В этом потрясающем месте. А через несколько дней я должна уехать обратно — в одинокий, шумный город. Совсем одна.
Господи, да я буквально песня Селин Дион.
Святые угодники.
Я закатываю глаза, надеясь, что Мак этого не заметит, пока мы возвращаемся в амбар, полный яркого света и тепла.
— Привет, дорогая. Всё в порядке?
Лу встречает меня всего в нескольких шагах от входа. Я киваю, и она подмигивает мне, а потом обводит взглядом зал. Когда она смотрит на Рида, разговаривающего с гостями, её голос мягко звучит рядом:
— Какой невероятный вечер.
— Правда ведь?
— Во всех смыслах, милая. — Она сжимает мне руку и уходит к Гарри.
— Тебе стоило быть там, рядом с ним. Это ведь и твоя заслуга, — говорит Мак, убирая руку с моих плеч и махнув Риду. Тот оборачивается, будто почувствовал мой взгляд, и улыбается. И один этот взгляд разрывает мне сердце… и одновременно собирает его обратно.
— Когда ты уезжаешь? — спрашиваю я, поворачиваясь к Маку.
С его лица спадает улыбка.
— В воскресенье утром.
Только сегодня и завтра. Я обнимаю его, и он заключает меня в крепкие объятия.
— Береги себя, прошу.
— Всегда, Руби.
Когда я отступаю, он растрёпывает мне волосы, как младшей сестрёнке, кем я себя сейчас и чувствую. Той, что отдала бы всё, лишь бы он не уезжал снова в тур. Лишь бы Рид не должен был прощаться с братом ещё раз. Лишь бы сердце Луизы было в безопасности.
Но я выпрямляю плечи, поднимаю подбородок и целую Мака в щеку, прежде чем шагнуть через ряды столов и подойти к Риду. Его пальцы сразу находят мои, переплетаются с ними. Он разговаривает с первой парой гостей, прибывших днём — Тимом и Дениз.
— Ох, дорогой, я умираю от жажды. Надо бы нам взять ещё по стаканчику, — говорит Дениз, встретившись со мной взглядом.
— Конечно. Пойдём к бару.
Мы оставляем мужчин говорить о фермерстве и подходим к Таннеру, заказываем напитки.
— Тебе повезло, Руби. Он сногсшибательный, — говорит Дениз.
Я усмехаюсь, опуская голову.
— Спасибо.
— Нет, я серьёзно. Держись его. Такое не дважды в жизни встречается, поверь.
Я нахмурилась.
— Что именно?
— То, как он на тебя смотрит. Милая, этот парень по уши в тебе. Прости за австралийский сленг. Как бы сказать… Ты для него — всё. Он с ума по тебе сходит. До глубины.
На слове глубины её глаза становятся ещё шире. Я делаю долгий глоток Мерло, который Таннер поставил передо мной. Проглатываю и смотрю на Рида. Он жестикулирует, объясняя что-то Тиму. Моё сердце колотится, бешено, в рёбра. Я залпом допиваю остатки вина и ставлю бокал на бар чуть громче, чем нужно.
— Не говори, что ты этого не замечала, милая? — Она пристально смотрит на меня, нахмурив брови.
Я встречаю её взгляд, вдыхаю.
— Мы просто дурачились, и всё как-то… но… — я захлёбываюсь вдохом.
Я же сказала ему, что люблю. И я не врала. Он — самый хороший человек из всех, кого я знала. Я действительно люблю Рида. Но любовь — это не то же самое, что отказаться от всего ради кого-то.
И вот с этим я не могу справиться.
Пытаясь найти способ соединить наши жизни, я заказываю ещё бокал. Таннер поднимает бровь.
— Таннер, — рычу я.
Он поднимает руки: понял-понял, не стреляй. Через минуту я уже снова пью Мерло, лихорадочно ища любую тему, способную сменить курс этой боли. Потому что Руби Джейн Роббинс не оседает. Она уж точно не выбрасывает к чёрту свой десятилетний план из-за какой-то там любовной заминки.
Но это же Рид.
Я понятия не имею, какой теперь будет жизнь без него.
Но я не могу отказаться от всего, чего добилась. От каждой мечты, что ещё осталась. Я выросла с убеждением, что ничем хорошим решения на эмоциях не заканчиваются. Особенно если это любовь…
Логика — превыше всего.
Достижения — важнее баланса.
Я не могу затащить Рида в этот образ жизни. Он не из таких. Мы не выдержим. Он не выдержит.
А значит, теперь мне предстоит сделать невозможный выбор.
Глава 27Рид
Низкий раскат грома прокатывается по небу. Ветер и снег хлопают в окна. Все гости уже разъехались, кроме трёх пар, устроившихся по домикам — в тепле и безопасности. Руби устроила самый невероятный вечер из всех, на которых я когда-либо был. И я собираюсь показать ей, насколько благодарен. Она сразила меня наповал этими большими карими глазами, белым платьем и ботинками. Она выглядела так, будто всегда принадлежала этому месту.