Я смеюсь, возвращаю шляпу на голову.
— Ну, это моя детская мечта, если честно. С тех пор, как эти её дни рождения вообще начались. А это, на минуточку, вся моя жизнь.
— Ладно. Если что-то ещё вспомнишь — напиши, ладно?
— Обязательно.
Она идёт к машине, но останавливается и оборачивается.
— И, Ридси. Я вернусь на следующей неделе. Может, тогда и покатаемся?
Улыбка, что растягивается на моём лице, не сходит. Я уже отсчитываю секунды до этого Руби & Рид R & R.
— Как прикажете, мэм.
Глава 5Руби
Луиза — как мама, которой у меня никогда не было. Только вот мама у меня есть. Просто — отвратительная. И за такую мысль мне точно обеспечено место в аду. Но клянусь, это впервые в жизни, когда я чувствую настоящее тепло и родство со взрослой женщиной. Первый раз, когда мне хочется делиться мыслями и кусочками жизни с кем-то из семьи. Вообще.
Если не считать Адди, конечно.
Рид появляется рядом. От него пахнет божественно. Не то чтобы я позволяла себе обращать на это внимание. Он — тот ещё балагур. Но несмотря на то, что он постоянно где-то рядом, пока я нахожусь на ранчо, мне... приятно, что он здесь. Это, пожалуй, удивило меня больше всего.
Давно, очень давно не было мужчины, которого можно было бы назвать ненапрягающим присутствием. Уже прогресс. Для моего нового, чуть более расслабленного полувыходного образа жизни — отличный старт.
— Уже всё? — спрашиваю я, бросив на него взгляд.
Он облокачивается на кухонную стойку и переводит взгляд с бутылок вина в моих руках на моё лицо — и обратно. И мне становится любопытно, что там у него творится в голове, в этой красивой башке.
— Ага. Что дальше, капитан?
Я усмехаюсь и указываю на коробки, набитые гирляндами с тёплым белым светом.
— Я хочу, чтобы все эти чудесные старые деревья за окном сияли, Ридси.
Он разглядывает деревья за окном, снова упираясь локтем в стойку, и тяжело вздыхает, уронив голову мне на плечо.
— Ладно, ты хочешь Тарзана, юная леди? Буду твоей обезьянкой.
Он выпрямляется, наши взгляды встречаются, и я слегка наклоняю голову, будто даю добро.
— Повезло тебе, что ты милая, маленькая мисс, — хмыкает он.
Я корчу ему рожицу, и он смеётся, поднимает сразу две коробки, закидывая их себе на плечи. Его бицепсы напрягаются под тканью рубашки, предплечья выгибаются, и я с усилием отвожу взгляд обратно к своим коробкам. Вино, пиво и виски.
Аккуратно расставляю алкоголь по полкам в огромном винном холодильнике, который Гарри когда-то купил для Луизы. Упорядочиваю всё по категориям. Когда закрываю дверцу, проверив в последний раз, часы показывают, что до приезда кейтеринга остался час. Переставляю вещи в основном холодильнике, освобождая место под подносы и блюда с тем самым меню, которое Луиза продумала до мелочей.
Она одержима кухней. Размер этой кухни должен был бы сразу всё выдать, но, помимо прочего, она — гурман со стажем и повар с десятилетиями за плечами. Эта женщина знает, как составлять меню. Мама Адди и Луиза сошлись бы, как пламя с порохом. Сейчас она так лихо шинкует что-то у плиты, что Марта Стюарт нервно курит в сторонке.
Весь дом пахнет потрясающе — всё благодаря закускам, которые Луиза отказалась доверить кому-то ещё.
— Руби, милая, попробуешь это? — Она протягивает мне деревянную ложку с дымящейся подливкой. Я подхожу ближе, она кивает в сторону соуса, и я макаю палец, пробую.
О. Мой. Бог.
Горячий, насыщенный вкус взрывается на языке. Я сглатываю.
— Лу, это просто невероятно.
Чёрт. Сама не заметила, как вырвалось. Но, в моё оправдание, рядом с мамой Рида я чувствую себя настолько легко и свободно. А улыбка, которая озаряет её лицо — она растапливает сердце. Это чувство... быть с семьёй, где тебя слышат, видят, включают в разговор — такое новое, но уже цепляется за душу. И с каждой минутой становится всё роднее.
— Ещё попробуй, — говорит она. Её взгляд на секунду уходит куда-то за моё плечо.
Я не сомневаюсь ни секунды, макаю палец поглубже и пробую ещё. И когда вкус снова накрывает, я невольно стону и закрываю глаза, облизывая палец.
Позади раздаётся кашель. Я резко открываю глаза и оборачиваюсь.
А там Рид. Смущённый, красный, глядит куда угодно, только не на меня. Он открывает рот, будто хочет что-то сказать, но лишь поднимает руку и пулей вылетает за дверь.
Когда я снова поворачиваюсь к Луизе, вижу, как она давится от смеха, а на лице у неё та самая хитрющая улыбка. Я не выдерживаю и начинаю смеяться.
Вот теперь я понимаю, откуда у её сына это чувство юмора.
— Лу! — шлёпаю её по руке.
Она чуть не падает, согнувшись от смеха, а я тщетно пытаюсь подавить собственный.
Уверена, Рид Роулинс никогда в жизни не терялся перед женщиной. А то, что только что отразилось на его прекрасном лице — это было бесценно.
Но Луиза внезапно замирает, рот у неё приоткрыт. Я оборачиваюсь, чтобы понять, на кого она так смотрит.
В дверях стоит парень. В нём явно что-то от Хадсона — похожие черты, но он совсем не ковбой. Джинсы Levi’s, рубашка Tommy Hilfiger, мокасины. В руке — кожаная дорожная сумка.
— О боже мой! — Луиза обходит стойку, как молния, в тот момент, когда он роняет сумку и раскрывает руки.
— Привет, мам.
Он заключает её в объятия, опуская голову в её волнистые, светло-русые волосы. А я просто стою и смотрю, раскрыв рот, потрясённая той любовью, что течёт между ними. Тем, как он держит её — будто она самый драгоценный человек на планете.
Я никогда не переживала ничего подобного с кем-то из родителей. Или с сёстрами. Вообще. Воздух покидает лёгкие, вытесненный нахлынувшими эмоциями. Я резко отворачиваюсь, отказываясь позволить себе и дальше смотреть. Отказываясь дать кому-то увидеть, как я захлёбываюсь в своём детском, до сих пор не прожитом горе.
— Руби, это мой второй по старшинству — Лоусон, — говорит Луиза.
Натягиваю улыбку на лицо, которое уже начинает сводить от напряжения, и подхожу ближе. Он делает шаг навстречу, протягивает руку. Я пожимаю её — у него крепкая, тёплая хватка.
— Привет, рада познакомиться. Рид немного рассказывал о тебе, — выдыхаю я.
— А где этот мой младший брат? Или любой из них, если уж на то пошло...
— Руби загнала их всех на подготовку к вечеринке, — говорит Лу. Жестом обводит комнату, мол, вот, посмотри, чего мы тут натворили.
— Ничего себе. Если ты смогла заставить Рида слушаться — у тебя моё искреннее уважение, — смеётся Лоусон. — А мне работу найдётся, мэм?
— Иди найди Тарзана, — киваю я на двор. — Ему понадобится помощь. И вот эти коробки, — указываю на стопку с гирляндами в центре гостиной.
— Без проблем, только переоденусь сначала, а потом — в джунгли.
Луиза наблюдает за нами, в этот момент снаружи, где-то высоко, раздаётся череда цветистых ругательств.
— Извините, похоже, Тарзану нужна помощь от Джейн, — говорю я и бегом выскакиваю на улицу.
Рид висит вверх ногами на ветке, с кабелем между зубами, привязывая гирлянду к нижней ветке. Боже, насколько же он подтянут...
— Рид Роулинс, только попробуй свалиться оттуда! — кричу я вверх.
Он дёргается, разворачивается ко мне и улыбается, не вынимая провод изо рта. Я качаю головой и смеюсь.