- Но твоё имение находится на окраине Империи. Это неразумно. Мы будем оторваны от политической жизни.
- А может, ну, её, эту политическую жизнь? Я всегда хотел мирно жить на землях своих предков, растить детей, а не сочинять бесчисленные правки к законам.
- И оставить трон Константину. - гнев в сердце Эвелины нарастал всё сильнее. - Ну, уж, нет. Я с рождения знала, что буду Императрицей. И я ею стану. Детей растить можно и во дворце. Если ты не хочешь участвовать в политической жизни страны, то заставлять никто не будет.
- Хорошо, дорогая. Завтра на собрании совета объявим о помолвке. Ты же ведь согласна быть моей женой?
- Согласна. А теперь поцелуй меня.
Максимильян накрыл губы возлюбленной своими. Постепенно он покрыл горячими поцелуями всё лицо девушки и начал спускаться ниже, по пути снимая мешающие элементы одежды. Эва отвечала ему тем же. Её руки хаотично ласкали спину и голову возлюбленного.
Всю ночь молодые люди дарили друг другу ласки. Лишь под утро цесаревна покинула спальню возлюбленного.
По пути, как назло, ей встретился Константин. Припухшие губы и наспех надетое платье девушки красноречиво говорили о том как она провела эту ночь.
Молодой советник грустно улыбнулся. Он прекрасно знал о романе Эвелины с молодым чиновником, но вот видеть даже косвенное подтверждение их отнюдь не дружеских чувств почему-то было больно.
- Доброе утро, Ваше величество.
Цесаревна вспомнила вечерний разговор с отцом, и гнев завладел её разумом.
- Доброе, Константин, доброе. А чего это вы бродите ни свет ни заря возле моих покоев? Вынюхиваете, чтобы выслужиться перед моим батюшкой? Не стоит стараться. Вы и так его любимчик.
Константин промолчал, но побелевшие губы выдали, что слова девушки его задели и Эва продолжила наступление.
- Считайте, что вам повезло. Сегодня ночью я ночевала не у себя. Так и передайте батюшке. Но постарайтесь это сделать перед собранием совета. Мы с Максимилианом сегодня объявим о помолвке.
- Рад за вас, Ваше величество. Но, увы, я просто иду в сад на пробежку. Как видите, мы находимся возле дверей в мои покои.
Дочь императора со злобой взглянула на советника. С детства она ревновала отца к Константину. Ей казалось, что этому дурному мальчишке всегда доставалось больше внимания и ласки от Императора. Но батюшка всегда отрицал это и от безысходности девочка, а потом уже и девушка вымещала свою обиду на сироте. Хотела ли они этого или нет, но росла вместе с ним и знала слабости молодого человека. Эва решил наступить на самый больной мозоль парня.
- Вы думаете, я не вижу как вы на меня смотрите, советник? Вы всегда хотели оказаться на месте Макса в моей постели. Но меня не так легко одурачить как моего отца.
Железные нервы парня начали давать сбой.
- В первую очередь в сердце, а не в постели.
Эвелина почуяла слабину и с вызовом посмотрела на парня. Хитро улыбаясь, стала расстёгивать верхние пуговицы на платье.
- Ах, ну, да. Вы же меня любите. - последнее слово девушка произнесла с издёвкой.
Вскоре взору Константина предстала большая упругая грудь девушки.
- Я сегодня добрая, разрешаю посмотреть на то, чего вы никогда не коснётесь.
На лице у парня отразилось гримаса боли.
- Вы омерзительны, Ваше Величество.
В коридоре раздались шаги. Вот-вот незнакомец должен был повернуть из-за угла и застать нелицеприятную картину перепалки. Советник среагировал быстро. Открыл двери покоев и толкнул в них цесаревну.
- Да, как вы смеете, до меня дотрагиваться. - зашипела девушка.
- Прекратите немедленно, Эва. - осадил её парень. - Вы хотите, чтоб все слуги обсуждали размер ваших грудей?
Щёки девушки зарделась. Ненависть начала отступать, и только сейчас она поняла как глупо бы выглядела со стороны.
- Приведите себя в порядок и валите прочь. - процедил юноша.
Константин сел на кровать и обхватил лицо руками. Только за закрытыми дверьми он смог дать волю чувствам.