— Доброе утро, — правительница внимательно посмотрела на свою служанка. — Смотрю, вчерашний сон вам пошёл на пользу.
— Спасибо большое, Ваше Величество. Я прекрасно выспалась. А как ваш вечер прошёл?
Эва обняла себя за плечи.
— Плохо, очень плохо. Я вчера в первый раз в жизни поняла, что мой муж может быть злым недобрым человеком. Я так растерялась, что даже не приняла его подарок.
Ханна пожала губы.
— Как же вы это поняли? И что за подарок?
— Не важно, — от чего-то Эве не захотелось говорить про разговор императора с Розой.
— Как по мне Константин достаточно сильный человек, — издали начала служанка. — И эта сила может пугать. Но если вы действительно хотите, чтобы месье снова полюбил вас, то опрометчиво отказываться от его подарков. Ведь дарение — это один из языков любви.
— Это я уже поняла. Позже. Он снова предложил мне своё сердце, а я его отвергла.
— Ну, хоть поняли, — вздохнула служанка. — Давайте вас хоть причешем, а то сидите лохматая.
Императрица села напротив зеркала, а Ханна начала заниматься её волосами. От нечего делать Эва вывела новости на зеркало. Один из первых заголовков гласил, что во дворце произошёл несчастный случай.
"Личная служанка императора была найдена утопшей в пруду. Следов насильственной смерти не обнаружено, что позволяет предположить, что девушка либо оступилась, либо покончила жизнь самоубийством. Возможно, она стала жертвой... "
В ужасе Эвелина подскочила, и побежала в кабинет к мужу. Ханна побежала следом. Открыв дверь, правительница поняла, что Константин не один. На стульях для гостей сидели трое глашатаев из совета. Увидев Императрицу простоволосую и в ночнушке, они пооткрывали рты.
— Прошу прощения, господа, очевидно, у моей драгоценной супруги есть важные новости для меня, раз она решилась прогуляться по дворцу в таком виде, — сделав акцент на последних словах, буквально прошипел Константин. — Я вас оставлю на пару минут, а потом мы вернёмся к обсуждению.
Резче чем нужно, он вышел из-за стола и направился к Эве. Уже в коридоре он схватил её за руку, и повёл в её кабинет. Служанка хотела последовать за ними, но император сделал жест рукой, и она осталась на месте.
— Ваше Величество, вы с ума сошли в таком виде врываться ко мне в кабинет? — спросил он уже при закрытых дверях.
— Хватит лицемерить, — вспылила девушка. — При чем тут мой внешний вид, если вы убиваете подданных!
— Вы точно не в своём уме, — снова прошипел Константин. — Я ни кого не убивал.
— Розу нашли мёртвой сегодня утром. И я не поверю, что вы не причастны к этому.
— Я не понимаю о чем вы.
— Не лгите мне, — взвизгнула Эва. — Вы вчера задержали Розу, а сегодня она мертва.
— Вам, очевидно, приснился дурной сон. С Розой поговорили, и отпустили. А потом она просто пропала. Ещё вечером пошла погулять, и не вернулась. — Вкрадчиво прошептал император.
— Ублюдок, не смей мне доказывать, что эти события не связаны между собой.
После этих слов начал злиться уже и Константин.
— Истеричная моя, всё что я делаю, я делаю для вашего блага. И если не способны на благодарность, хоть не называйте меня последними словами.
После этого он набрал канал на СЛЗ и сказал туда.
— Ханна, принесите в кабинет Императрицы платье, и приведите её в подобающий вид. И ещё. Если ещё раз увижу Эвелину, разгуливающей в таком виде по дворцу ещё раз, то вы лишитесь премии. Я ясно выразился?
— Да.
— Отлично.
Он тихо посчитал до десяти, коротко взглянул на экран пикнувшего средства личной связи, и после этого уже спокойно произнёс.
— Приводите себя в порядок, потом приходите ко мне. Мы как раз с обсуждаем с глашатаями их предложения по правкам в законы. Вам тоже будет полезно узнать чем дышит народ.
Когда Константин вышел, Эвелина расплакалась. Она до конца не верила в виновность девушки, а теперь та мертва. А главное к её смерти причастен её муж, как бы он это ни отрицал. Она была в этом уверена, без основательно, но непоколебимо. В таком состоянии и нашла её служанка.
Она обняла Эву, и начала успокаивать словно маленького ребёнка.
— Ваше Величество, всё будет хорошо, не плачьте.
— Зачем он убил её? Ведь преступников сажают в тюрьмы, а не убивают. Это бесчеловечно.
— А рассказывать про ваши секреты на всю страну человечно? Подсыпать психотропы месье Максимилиану человечно? Может ей совестно стало, и она сама в пруд прыгнула? — задала резонный вопрос Ханна.
Императрица шумно вздохнула.
— Может и сама. После того как с ней вчера поговорил Константин, я не удивлюсь.
— Я не знаю, как император говорил со своей служанкой, но в первую очередь он беспокоится о вас. Помните это. Давайте приведём вас в порядок.