"... Вот не верю я, что такой мужчина как Константин бросил свою беременную жену. Знает, что ребёнок не его, вот и уехал из дворца. Видать, совсем противно видеть изменницу стало, вот и нашёл утешенье в объятиях бывшей служанки. Слыхала от старой поварихи, что девчуля с тех мест, откуда Константин сам родом, и что лет пять назад ещё будучи Советником жениться хотел на простолюдинке, только покойный император разрешения не дал. Невесту мы не знали, нам такие подробности никто не докладывал, только вот уж больно хорошо со слов поварихи Ханна знала, что любит из еды Константин. Вот сижу и думаю, а вдруг та невеста и была Ханна? Уж, больно ласково наш Император на неё смотрел всегда. А жену свою ни разу и не поцеловал, чтоб не на камеру. Вечно как чужие друг с другом разговаривали..."
И хотя статья с интервью не попала на страницы официальных СМИ, её содержимое знали даже те, кто не умел читать. Эвелина сама несколько раз перечитала её, и с неприятным уколом для себя поняла, что те, кто для неё были частью интерьера дворца, знали и видели больше чем она. Что думал по поводу статьи Константин, было неизвестно. Он наотрез отказывался обсуждать что-либо через средство личной связи, и не соглашался на личные встречи.
Лишь в конце марта молодой правитель написал Эвелине, что на несколько дней возвращается во дворец ради очередного собрания Глашатаев и Знати. Предложил помощь в подготовке речи, на что Эва ответила бурным согласием.
В назначенное время в сопровождении охраны Константин прибыл во дворец. Молодая императрица отметила, что время проведённое вне стен дворца пошло её супругу на пользу. Кожа утратила нездоровую бледность, а волосы, очевидно, из-за постоянного пребывания на берегу моря, начали виться, и красивыми локонами лежали на плечах и спине мужчины. Одежду он тоже сменил. Вместо привычной серой рубахи и черных брюк, на нём была молодёжная кофта ассиметричного кроя, яркий кардиган и штаны из джинсовой ткани.
Сидя в новом кабинете Эвелины, он внимательно выслушал речь, которую подготовила его жена, и похвалил её.
– Великолепно. Если хотите, можете сделать доклад и о первых результатах запуска системы мгновенных перемещений для островной части Империи.
– Нет уж, Константин, я за ночь подготовиться не успею, и не хочу выглядеть глупо на собрании. Вы в этом всём ориентируетесь лучше, вы и выступайте.
– Но я же ведь каждый день присылал вам отчеты, в которых всё было, – удивленно произнёс мужчина, а потом пожал плечами. – Впрочем, как хотите. Мне несложно будет. Однако, нам стоит уходить от моих появлений на собрании. Привыкайте вести их одна.
– Константин, можно задать вам личный вопрос?
– Задавайте, конечно. Правда, не факт, что отвечу на него.
– Вы счастливы?
Широкая улыбка мужчины говорила лучше всяких слов.
– Да, я очень счастлив. Дворец никогда не был для меня домом. Даже у себя в спальне я был словно на работе. Постоянно в напряжении, постоянно собран. У себя в поместье я могу расслабиться, и хотя бы вечерами побыть простым человеком, расслабиться, и не думать как я выгляжу в глазах окружающих людей. А вы счастливы? Как здоровье?
– Для меня дворец всегда был домом. И я всегда позволяла себе жить так, как хочется, – улыбнулась Эвелина. – Со здоровьем проблем нет. С ребенком тоже всё хорошо. Врачи говорят, что ношу под сердцем богатыря.
– Я рад за вас, – безразличным тоном произнёс Константин, и откланялся, сославшись на усталость.
Собрание прошло без сучка и задоринки. Супруги вместе отвечали на вопросы, дополняли ответы друг друга. На какое-то время Эвелине показалось, что недоразумение, которое возникло в январе на берегу моря кануло в лету, но официальная встреча закончилась, и Константин ушёл вместе со всеми.
Глава 40. Тайны прошлого
Перед сном Эвелина ещё раз прочла статью с сестрой злополучной служанки, и набрала сообщение Кристиану "Узнай всё что можно о Ханне, и о юности Константина. Используй любые методы. Я расскажу всё что знаю, и чего нет в официальных документах".
После разговора с начальником охраны, где императрица рассказала всё что, помнила о муже, у Эвелины потянулись похожие друг на друга дни, в которых было много работы, и забот о собственном здоровье. Хоть беременность протекала легко, молодой женщине было в тягость соблюдать рекомендации врачей.