— Даже не пытайся, малыш Тоби. Я не буду плясать под твою дудку, — невозмутимым голосом, которым, кажется, ведьма никогда не говорила, обратилась она ко мне. — Тебе придется придумать что-то получше, чем залезть в мою голову.
Эта стерва знала, что я сделал. И она явно не собиралась меня отпускать.
Она выплюнула скорлупку от семечки, и та стрелой полетела мне прямо в голову.
— Я буду плевать на тебя так долго, пока твое тело не иссохнет, — еще одна скорлупка переместилась мне в волосы.
Через пять минут мои прекрасные длинные волосы были все облеплены её слюной.
“Что ты хочешь от меня?!” — я воззвал к ведьме.
— Ответить на этот вопрос было бы слишком просто. Пораскинь мозгами. Ты же у нас умный.
“Меня будут искать и тогда вас накажут! Учитель Феликс видел нас. И все знают, что вы меня ненавидите!” — я отчаянно кричал на профессора, не понимая в какие игры она играет.
— Я уже говорила, что Феликс тебе больше не поможет. А если ты думаешь, что такого отброса, как ты, кто-то будет искать, то ты сильно ошибаешься.
“И что вы хотите этим сказать? Чего хотите? Чтобы я умолял меня отпустить?”
— Мне твои мольбы не нужны, — еще одна скорлупка и та прилетела мне прямо в глаз.
Эта женщина была просто невыносимой! Ужас сменился новой волной гнева. Потому что она была права. Отец будет только рад, если я вдруг куда-то потеряюсь. Он скорее поверит в то, что я сбежал на каком-нибудь несуществующем пиратском корабле, чем начнет искать своего отпрыска, ведь для него существовал только Максимилиан — наследник семьи, с выдающимися способностями лекаря, который продолжит семейное дело. Не то, что какой-то телепат, умеющий лишь доставлять неприятности.
— Позови папочку. Вдруг придет. Или братца.
“А вы не лезьте в мою голову!”
Я метался между тем, кого ненавидел сейчас больше. Ведьму, за то, что сковала меня, или себя, за то, что никак этому не помешал.
Тем временем темнело, кожей я ощущал холод, спускающийся с гор и пробирающий до костей. Меня затрясло и стало сложно удерживать свое сознание в голове профессора Фармшток.
— Ух, и правда холодно становится. Кажется, ты разозлил озеро.
“Как можно разозлить озеро?”
— Ну полежи еще. Может узнаешь. А я, пожалуй, вернусь в Косфорт и приму горячую ванну с лавандовой солью.
“Вы оставите меня здесь обездвиженного?” — я кричал на ведьму, меня раздражало её веселье. И как назло мимо не пролетало ни одной птицы, которой можно было приказать выклевать её нахальные глаза.
— Увы. Но так уж и быть, дам подсказку. Если ты достоин, то озеро тебе поможет. Если нет, то… — Летиция плюнула в меня последнюю семечку. — Приду к тебе завтра. Смотри, не помри.
Меня закрутило и завертело. Ведьма выкинула мое сознание из своей головы, и я вновь оказался в темноте. Дернул головой, чтобы скинуть с себя всю шелуху, но она лишь сильнее утонула в шевелюре. Сверху эхом раздался голос Летиции: “Спокойной ночи, малыш Тоби”.
***
Какое-то время я боролся с магией Летиции, пытаясь заставить себя хотя бы разлепить глаза. Я справился с этой задачей через час, как мне показалось. Через два, сквозь боль и слёзы, я заставил шевелиться пальцы на руках и ногах. Через три — смог встать на четвереньки и отплеваться от пыли, которая стала мне второй кожей.
“Видимо, ведьма далеко и её влияние ослабевает…” — такой вывод я сделал.
Солнце давно скрылось за горизонтом, но темнее не стало. Всё вокруг сияло, как если бы я оказался глубоко на Севере, среди бескрайнего льда. Оранжево-красные закатные оттенки сменились на радужные: озеро светилось изнутри. Волшебное магическое озеро пело и звало меня. Но я не поддавался ему. Я помнил слова Летиции — озеро поможет, если я достоин. Я не был в себе так уверен, как кажется на первый взгляд.
Грудь сдавило ощущение, будто от меня отрывают кусок. Стоит коснуться воды и пропаду, сольюсь с потоком маны и распадусь на мелкие частицы. Великий поток заберет то, что по праву принадлежало ему – мою магию. Озеро ощущалось живым.
Я поднялся на трясущихся ногах. Ветер усилился и норовил скинуть меня с обрыва, но оставаться здесь было невыносимо.
— Надо спуститься… Но как?
Моей силы едва хватило бы сделать портал на другой берег. Подошел к краю и посмотрел вниз, обнаружив небольшие уступы, словно выцарапанные в скале.
— Неужели я не первый страдалец, которого ведьма притащила сюда? Психопатка! — я пнул небольшой камень, который тут же полетел вниз почти со свистом.