Вернувшись на постоялый двор, мы нашли обрадованную Жоржетту. Собрав наспех вещи, все сели в карету и уехали из негостеприимного города Газзры.
Лошади резво бежали по дороге, освещенной лунным светом. Ганс погонял их. Ночь становилась все светлее, обещая скорое утро и новый день.
Впереди нас ждал другой мир — свободный от цепей рабства и полный не только трудностей, но и новых возможностей. Я знала, что теперь многое будет зависеть от меня.
Дорога к Пустынным землям была открыта!
14
Хотя адреналин и радость от удавшегося побега подстегивали нас, а лошади успели отдохнуть, дорога к усадьбе в Пустынных землях оказалась утомительной. Земля под копытами лошадей была выжженной солнцем, а редкие деревья вдоль пути — сухими и скрюченными.
Когда через несколько часов пути впереди показались очертания усадьбы, мое сердце сжалось. Дворец и хозяйственные постройки усадьбы одиноко стояли посреди пустыни, словно последний оплот цивилизации.
Когда мы наконец достигли цели нашего путешествия, передо мной предстал дом, который когда-то был величественным, но стал заброшенным. Каменные стены, некогда сияющие белизной, были покрыты мхом и трещинами. Некоторые окна оказались выбиты и зияли чёрными дырами, будто глаза скелета.
— Вот наш новый дом, госпожа Герда, — произнёс Ганс, помогая мне выйти. Его голос звучал глухо, будто он сам сомневался в том, что это место можно назвать домом.
Король поручил мне восстановить былую славу усадьбы, но теперь, глядя на нее, я засомневалась, что это возможно. Усадьба выглядела так, будто время остановилось здесь много лет назад, оставив после себя лишь обломки прошлого величия.
Пройдя через полуразрушенные ворота, я оказалась во дворе, где когда-то цвели розы и сирень, а сейчас из земли торчали лишь сорняки и сухие ветки. На пороге дома меня встретили две фигуры: женщина средних лет в потрёпанном платье и пожилой мужчина с угрюмым лицом. Они склонились в поклоне, их глаза говорили об отчаянии и безысходности.
— Здравствуйте, я — новая хозяйка усадьбы, маркиза Герда де Карабас, — поприветствовала я их.
— Ваше сиятельство, госпожа Герда, добро пожаловать в пустынные земли, — произнесла женщина. Мы — ваши слуги. Правда, мы уже никого не ждали. Король обещал прислать новую хозяйку усадьбы еще несколько лет назад.
Я — Колетта, а это мой супруг, Анхель. Когда прежние хозяева усадьбы уехали, мы остались здесь. Нам некуда больше идти. Остальные слуги, помоложе, обосновались в соседней деревне. Дело в том, что колодцы в усадьбе пересохли. В единственном оставшемся колодце совсем немного воды.
Её голос был тихим, как будто она боялась разбудить что-то спящее внутри этих стен. Анхель молчаливо стоял рядом. На нас он взглянул пару раз, а потом смотрел вниз, на носки своих тяжёлых ботинок. Видимо, он давно привык к этому месту и своей печальной судьбе.
Мы вошли внутрь, и я увидела, что состояние дома ничуть не лучше, чем снаружи. За исключением нескольких комнат, в которых слуги поддерживали относительный порядок, в других комнатах полы, ковры и мебель были покрыты толстым слоем пыли, а паутина свисала с потолков, словно призрачные занавеси.
Наши шаги гулко отдавались эхом по пустынным коридорам дворца. Я стояла посреди главного зала, где когда-то кипела жизнь, а теперь только пыль танцевала в лучах солнца, пробивающихся сквозь грязные окна.
— Это ужасно! — воскликнула я, осматриваясь вокруг. — Кажется, сотни лет прошло с тех пор, как здесь кто-то жил.
Служанка Жоржетта тихо подошла ко мне:
— Госпожа, эта усадьба была оставлена всего несколько лет назад. Хозяева уехали, бросив её на произвол судьбы. Но мы можем изменить это!
Я взглянула на неё с недоверием, но в её глазах горел огонь решимости. Рядом стоял Ганc, который молча кивнул, подтверждая слова девушки.
— Хорошо, — сказала я, глубоко вздохнув. — Вижу, работы у нас очень много. Начнём с самого простого — уборки. Давайте уберем всю эту пыль и мусор. Начнем с главного зала.
Мы приступили к работе. Я взяла метлу и стала сметать паутину с потолка, а Ганc с Анхельмом принялись выносить ковры наружу и выбивать их. Колетта и Жоржетта взялись за тряпки и ведра с водой и начали мыть полы.
— Смотрите, госпожа! — вдруг воскликнула Жоржетта, указывая на стену. — Здесь нарисована картина!
Я подошла ближе и увидела, что под слоем пыли действительно скрывалась старинная картина. Осторожно протерев её влажной тряпкой, я увидела изображение величественного дворца, окружённого зелёными лугами и цветущими садами.