— Ну, нуминатрийский, — сказала Джуна. — Я не знаю, насколько он зловещий.
— Рената и Танакис знают, — сказала Донайя, ее шепот был мрачен, как зимний мороз. — Это то, что использовалось для проклятия нашего дома. Рената знает. Она привезла его с собой.
Джуна знала этот румянец на щеках матери, и он никогда не сулил ничего хорошего тем, кто обижал ее. Прежде чем она успела придумать, как отвлечь или погасить эту искру ярости, Меппе заговорил. — Проклятие? Это то, что Кус, что Ренат, что Рен так стремились снять с меня? — Он сжал руку Идальо в своей. — Она сказала, что это связано с тем, что реестр Индестора был сожжен. Зачем ей проклинать меня, а потом везти к кузену Танакису, чтобы тот очистил меня?
Под маской гнева Донайи проступила растерянность. — Ты был проклят? Что? Нет, это был Дом Трементисов, еще до твоего усыновления. И...
— И сама Рен, — сказала Джуна.
— Да. Рен тоже была проклята. — Тон Донайи замедлился, как Дежера во время смены прилива. — Хотя она не была Трементис и не принадлежала к крови Летилии. А значит... эта кишащая маготами туша женщины!
Все подпрыгнули, когда кулак Донайи ударился о борт повозки. Джуна осторожно спросила: — Мама, что случилось? Что происходит?
Донайя сложила руки в перчатках в тугой узел на коленях. Улыбка на ее лице не содержала ничего юмористического. — Летилия — та, кто прокляла наш дом все эти годы назад. И я намерена заставить ее заплатить за это.
Скрытый храм, Старый остров: Павнилун 12
— Пока остальные ничего не сказали, — сказал Варго, когда Рен и Грей прибыли в храм под Пойнтом, — у меня есть идея, как все упростить. Ну, типа того.
Последовавший за этим обмен мнениями происходил только между ними двумя, и ни один посторонний не смог бы его прочесть: наклон брови Грея, язвительная улыбка и пожатие плечами Рен, а затем они оба тихо рассмеялись, когда Грей сплел их пальцы в единое целое. После этого Грей только и сказал: — Я почти боюсь спрашивать.
Парочки, подумал Варго, мысленно закатив глаза. Слава Люмену, они с Альсиусом не были такими надоедливыми. Он жестом указал на Танакис, пишущую заметки на столе, который она притащила в храм. — У них с Альсиусом есть примерно семь тысяч четыре вопроса, которые они хотят задать Мирселлису. Они хотят отправить Рен в сон, чтобы он задал эти вопросы, с наказом вернуть дословные ответы, после чего, я гарантирую, их список только увеличится.
— Я чувствую тон человека, который был в подобном положении? — спросила Рен, ухмыляясь.
Альсиус, по крайней мере, мог сам услышать Танакис. Но Рен не ошиблась: к этой идее его подтолкнуло раздражение Варго от того, что ему приходится играть роль рупора для старика. Жизнь была проще, когда все думали, что паук на его лацкане — это булавка или необычное домашнее животное.
— У меня есть идея, как поговорить с Мирселлисом напрямую, — сказал Варго. — Если Рен согласится попробовать.
Конечно, она была согласна, даже после того, как узнала, что у него на уме. Варго знал, что такое мученический порыв; Рен, все еще мучимая чувством вины за свою аферу, ухватилась бы за любую возможность загладить свою вину чем-то хорошим. Но он не собирался оскорблять ее, считая ее готовность неискренней, и не стал бы предлагать этот план, если бы думал, что он причинит ей боль.
Это не мешало Грею, как соколу, наблюдать за тем, как Рен устраивается в нуминате. Он ворчал, обращаясь к Варго: — Только пообещай мне, что она не выйдет из этого состояния с навсегда застрявшим в голове сетеринским инскриптором.
— Неужели я обреку на такую участь еще одного несчастного ублюдка?
::Сюда! Я не слышу, чтобы ты жаловался на прекрасную одежду и мягкие постели, которые принесло тебе мое наставление! сказал Альсиус, запрыгивая на свое обычное место на плече Варго.
Не обращая внимания на Альсиуса, Варго сказал Рен: — Просто сосредоточься на связи, которую ты установила с Мирселлисом, — и провел мелом, чтобы замкнуть круг.
Этот нуминат был не совсем таким, как тот, который, как надеялся Альсиус, перенесет его дух в тело мальчика-посыльного, но вместо этого случайно оказался в его пауке. Но принцип был схож, хотя и временный: Вместо того чтобы посылать Рен поговорить с Мирселлисом, они приведут Мирселлиса к ним.
В теле Рен.
Она закрыла глаза, и прошли долгие мгновения. Варго сцепил руки за спиной, чтобы скрыть их напряжение. — Нужно ли было давать ей ажу? — спросил Грей.