— И почему же вы вмешиваетесь в такие дела? — В голосе Мирселлиса прозвучало подозрение.
К счастью, отвечал Грей, а не Танакис. — Единственный наш интерес к Изначальным — избавить от них этот город.
Напряжение Мирселлиса ослабло. — Желаю вам удачи. Сами боги не смогли полностью очистить мир от Изначальных, и кто знает, как бы он выглядел, если бы они это сделали.
Мир без желаний, ярости и страха. К счастью, Грей заговорил раньше, чем Альсиус или Танакис успели клюнуть на эту философскую наживку. — Не в космологическом смысле. Изначальное желание, от которого вы спасли Рен, присутствует здесь слишком конкретно.
Он дал восхитительно лаконичное объяснение медальонов с военным оттенком, достаточным для сокола, чтобы все остальные замолчали. Мирселлис задумчиво потер челюсть Рен, словно нащупывая щетину, которой там не было, и кивнул, когда Грей закончил. — Это многое объясняет. Я знал, что Надежра была завоевана — я могу войти в мир бодрствования в Великом сне, и в течение нескольких итераций там никого не было, — и я знал, что это произошло вскоре после начала заражения. Но я никогда не знал подробностей. Mirabile scitu.
Варго сказал: — У Рен было видение того, что сделал Кайус Рекс. Вот почему она пытается найти Шзорсу.
Он рассказал историю видения Рен, хотя ему не так успешно, как Грею, удавалось отговорить его от перебивания: Танакис постоянно цитировала свои записи, когда он ошибался в какой-нибудь детали. Мирселлис же выглядел так, словно хотел бы иметь свой собственный блокнот для записей. — Мне всегда было интересно, как влияние Изначальных смогло проникнуть в сон. Я не знал, что можно так смешать нуминатрию и узор.
— Более чем возможно! — Танакис, забыв о ручке и записях, подалась вперед в своем кресле. — Я даже использовала карты узоров в качестве фокусов для нумината — хотя это работает только в том случае, если Рен сама выбирает их. Предположительно и другие Шзорсы могут добиться того же эффекта, хотя предварительные исследования показывают, что не все из них могут. Есть и другие способы применения. Например, нуминат для уничтожения источника, использующий сам источник в качестве фокуса.
Когда Мирселлис в ужасе побледнел, Варго сказал: — Я демонтировал его, и люди, стоявшие за этой попыткой, мертвы.
— Хорошо, — сказал Мирселлис. — Дар Ажераиса не предназначен для такого использования. Не больше, чем мы должны направлять силу Люмена напрямую, а не через его преломления. Не иначе как кощунство — не говоря уже об опасности.
Альсиус возмущенно дернулся.::Ты намекаешь, что Ажераис наравне с Люменом?
Мирселлис не стал ввязываться в теологические дебаты с пауком. Он сказал: — То, что видела Рен, может объяснить, почему вы с таким трудом уничтожили эти вещи. Скажи мне, для чего можно использовать медальоны?
Тело Грея не выдало ни намека на напряжение, которое этот вопрос должен был вызвать в человеке, который был Руком. — Они позволяют носителю видеть, чего хотят другие — в цвете нумината медальона, который он носит, — и навязывать свою волю другим, чтобы усилить эти желания. Носитель также может видеть, кто или что может быть использовано для достижения его собственных желаний.
— Расскажите мне подробнее о последней части. — Взгляд Мирселлиса заострился от интереса, как у кошки, высматривающей добычу.
Варго сказал: — Медальон — единственный способ, которым Меттор Индестор мог понять, что Рен можно использовать для уничтожения источника. Мы не думаем, что он прямо сказал ему, что она была зачата в Великом Сне — только то, что она была полезна для его целей. Но этого было достаточно.
— Именно это и привлекло его к Аркадии Кости. Я присутствовал при его первой встрече с ней, — сказал Грей. — Даже Аркадия не знает точно, когда она была зачата или родилась, но Меттор сразу понял, что она ему пригодится.
Мирселлис попытался провести пальцами по волосам Рен и зацепился за косички. Однако он вздрогнул от чего-то гораздо более серьезного. — Как я и боялся. Если при создании этой цепи сила Изначального вошла в сон, то вполне логично, что она также вовлекла силу Ажераиса в медальоны. Знание того, как исполнять свои желания, не входит в компетенцию самого желания... но оно входит в компетенцию богини снов и интуиции.
Проклятие, произнесенное шепотом Варго, было единственным звуком в храме. Кайус Рекс развязал десятилетия войны и спровоцировал многовековую смуту, захватив священный город Врасцан для Лиганти. Дежера захлебнулся бы северной кровью, если бы врасценцы решили, что он украл силу их богини, чтобы подпитать свои завоевания.