Не убивать и не распутничать. Два ее правила. А теперь — никаких растрат.
Или это было так: ничего, что могло бы повредить Трементису? И могла ли она доверять этому инстинкту? Трикат также был нуменом семьи. Возможно, именно поэтому Летилия хотела вернуться в дом, из которого вычеркнула себя четверть века назад.
Демонстрация послушания успокоила Летилию. Вздохнув, она опустилась на свое место и скрестила руки. — Ну и ладно. Когда я встану в реестр, твоя помощь мне все равно не понадобится. Но работай быстро, иначе мне может стать скучно, и я буду искать, чем себя развлечь.
Рен не забыла, какие развлечения нравятся Летилии. Она лишь молча ждала, пока Летилия вздохнет и похлопает по стулу рядом с ней. — Присаживайся, кошечка. Пришло время рассказать маме все, что ей нужно знать о жизни в Сетерисе.
2
Соединение трех рук
Поместье Трементис, Жемчужина: Эквилун 6
Даже самый черный и горький чай на кухне Трементиса не смог избавить Ренату от зевоты на следующее утро.
Почти никто не разговаривал. Прошлой ночью Донайя выжала из себя всю душу, попеременно рассказывая о прошлых преступлениях Летилии и уверяя Ренату: — Только скажи, и я отправлю ее обратно в Сетерис. — Она совсем забыла, что Рената хотела с ней поговорить. К счастью, Рен не могла сейчас признаться в своей истинной сущности. Пока она не разберется в ситуации с Летилией.
Она снова зевнула. Ложка Джуны слишком громко звенела о чашку. Меппе и Идальо предпринимали уже четвертую обреченную попытку завязать разговор, когда вошел Колбрин и сказал: — Эра, Альта Летилия Виродакис в салоне.
Словно захлопнувшаяся ловушка, Донайя вскочила на ноги. — Как у нее хватает наглости показываться здесь? Если она думает, что может издеваться над моей новой семьей, как над старой, то она такая же дура, как и я. Не беспокойся, моя дорогая, я с ней разберусь.
Все хотели разобраться с Летилией за Рен. Грей был готов надеть капюшон и похитить Летилию; у Варго, по словам Грея, был тот же план, но без капюшона. — Рук или крыса Нижнего банка, — сказал Грей ранним утром, когда они вместе сидели на крыше поместья Трементис, — один из нас может устранить эту угрозу.
Рен хотела бы, чтобы все было так просто. Убрать Летилию с борта было легко; проблема заключалась в том, какую защиту от неудачи она организовала. Пока она не будет нейтрализована, они не могли рисковать. Рен уговорила Грея, и тот пообещал поговорить с Варго, Тесс и Седжем по очереди. — Мы что-нибудь придумаем, — сказал он и скрепил обещание поцелуем.
Джуна поймала мать за рукав, прежде чем Донайя успела выскочить за дверь. — Возможно, будет лучше, если я сама с ней разберусь.
У Донайи свело челюсти, но она без слов поблагодарила Джуну и села обратно.
Рената догнала кузину у входа в столовую. — Джуна, мне нужна твоя помощь. Кем бы ни была Летилия сейчас, раньше она была Трементис. Если я была проклята, то, скорее всего, и она тоже.
Джуна приостановилась, чтобы натянуть перчатки; когда вторая была надета лишь наполовину, она уловила вздох за своими опустившимися пальцами. — Ты права. О, Люмен — да. Что бы мы ни говорили о твоей матери, она этого не заслуживает. Как же нам тогда поступить?
— Я не хочу объяснять про проклятие, — сказала Рената. — Но мне нужно, чтобы она поехала со мной в Белый Парус. Все, что ты можешь сделать, чтобы помочь в этом, будет замечательно.
Летилия презрительно скривила губы, увидев, что приветствовать ее пришла только наследница, а не глава дома. Но она была слишком хитрой, чтобы сжечь руины моста, который ей, возможно, придется восстанавливать; обменявшись с Джуной чопорными приветствиями и проследовав за ними в гостиную, она держалась как нельзя лучше. К сожалению, даже ее поведение оставляло желать лучшего. Каждый комплимент по поводу обстановки звучал снисходительно; все, что она говорила о своей предполагаемой жизни в Сетерисе, превращалось в хвастовство.
Рената прервала ее, прежде чем последняя фраза могла завести в опасные воды. — Вчера вечером вы познакомились с другими нашими родными сестрами, но я должна представить вам Танакис. Я думала навестить ее в Белом Парусе сегодня утром; почему бы тебе не поехать со мной?
— Белый Парус? О, определенно нет. Я никогда не хожу на север от Жемчужин. Если только не в Сетерис, конечно! — Летилия заскрежетала, как наждачная бумага.