Ответа, разумеется, не последовало. Он не чувствовал себя таким одиноким с самого детства.
Ты не одинок. У него была Рен, и не было причин скрывать это — свежий амулет на запястье был тому подтверждением. У него были другие друзья и союзники.
Он отчаянно надеялся, что они найдут ответ на его проблемы, пока не стало слишком поздно.
Заливистые крики и топот ног наверху напомнили Варго, что здесь больше детей, чем два грудничка Алинки. Может, у него и не осталось узлов, которые он мог бы назвать своими, но командовать ими он был по-прежнему повелителем. А кроме того, у него был еще один подарок.
— Эй! Аркадия Кости, — крикнул он, подхватывая Пибоди на руки и топая вверх по лестнице. — Прекрати создавать проблемы и собери свой узел. У тебя есть работа.
Исла Пришта, Вестбридж: Киприлун 2
Рен чувствовала себя почти так же нереально, как и после того, как Ночь Ада лишила ее сна. Каким-то образом импульсивное решение перестать ждать и выдать Грея замуж переросло в мероприятие с двумя дюжинами гостей — не считая детей, которых Варго пристроил на работу, и тех, кого Старый Маг отвлекал огненными сказками в комнате наверху.
— Не шевелись, — укорила ее Тесс, когда та переместилась в своем кресле. Волосы Рен должны были быть распущены к началу свадьбы, но это было не то же самое, что оставить их нетронутыми. Тесс расчесывала волосы с ароматом бузины, стараясь уложить каждую прядь так, как ей хотелось. Настроение было совсем не таким, как у служанки своей госпожи, и Рен улыбнулась Тесс в зеркале.
Сестра отмахнулась от нее, когда Рен потянулась за ожерельем из переплетенных полумесяцев — предсвадебным подарком, который Джуна настояла на том, чтобы она надела. По традиции Лиганти, для свадьбы полагалось использовать цвета серого и серебристого — цвета Туата. Для врасценских же это были цвета Кирали. Грей выглядел великолепно в своем плаще, когда они отправились в лабиринт Семи узлов, чтобы сделать подношения Лицам и Маскам. Тесс и Алинка сговорились украсить вышивку, идущую по одной стороне и по другой, так что ткань была едва заметна под затейливыми нитями жемчужного цвета. Но Рен, лишенная клана, просто носила самую лучшую врасценскую одежду, которую Тесс смогла предоставить в кратчайшие сроки. Ее пояс с медными нитями напоминал о пристрастии Трементиса к подобным оттенкам, но не был бронзовым, как у Триката.
Сам медальон находился в подвале, и Седжу было поручено следить за тем, чтобы Рен к нему не приближалась, — Не как сокол, — сказал он, когда она дала ему это поручение. — Хорошо, что твой мужчина сбросил перья до того, как ты вышла за него замуж, а то у меня были бы проблемы. — Он многозначительно поднял бровь на Тесс, и она быстро перевела разговор на темы, не связанные с ее выбором возлюбленных.
По крайней мере, Грей теперь был свободен от Квината. Рен изо всех сил старалась отогнать от себя убежденность Ларочжи в том, что какое-то пятно преследует его с прошлой жизни, и свой собственный страх. Даже если старуха в кои-то веки нашла правду в своих картах, этого было недостаточно, чтобы оттолкнуть Рен от Грея.
И она не собиралась позволять мыслям об этой злобной старухе испортить ей день. Подняв подбородок, Рен застегнула ожерелье на горле. В конце концов, она была врасценской и лиганти, и ей не нужно было чувствовать себя виноватой.
Когда все было уложено так, чтобы Тесс осталась довольна, Рен встала за последним куском. Она была не первой, кто вступил в брак с врасценской семьей извне, без кошень. По традиции для этого полагался кусок простого черного шелка. Но Рен выбрала личную радость: шаль узора, которую прислал Рук, заманив ее в засаду на кухне. Правда, ножи она на сегодня убрала: Ножи в браке — это повод для раздора.
Алинка повязала шаль вокруг бедер и одарила ее счастливой слезливой улыбкой. — Для кошень твоих детей нам нужно будет придумать символ Трементиса.
Поблагодарив Лица за имбутинг косметики, Рен утерла слезы одним из многочисленных носовых платков, которые Тесс сунула ей в карман. — Тройной клевер?
По тому, как сверкнули глазами Тесс и Алинки, Рен поняла, что обеим женщинам эта идея понравилась. — Позже! Позже, — сказала она, смеясь, прежде чем день ее свадьбы превратился в кружок вышивки. — А сейчас я могу спуститься вниз?
— Так готова сделать моего брата своим мужем, — сказала Алинка, прижав руки к сердцу.
Тесс хмыкнула. — Может, она просто готова к тому, чтобы он расстелил ей постель.