Алинка встретилась с ней взглядом, ухмылка за ухмылкой. — Он уже позаботился об этом!
Рен убежала, пока румянец не сжег пудру на ее щеках.
Спустившись вниз, она обнаружила, что гостиная и зал на удивление полны народу: Павлин и Дваран, Варуни и Иаскат, Кошар и Идуша, держащиеся на настороженном расстоянии от Скаперто и Серселы, Ивения и Аркадия, хихикающие в углу, за которыми, как надеялся Рен, кто-то присматривает.
Представители Трементиса образовали неловкое скопление в стороне, возле кресла, которое отказался покинуть Думклав. Ненкорал выполнила свою угрозу вернуться в Дом Финтенус, Идальо незаметно утирал слезы, а Меппе держал Умницу Наталью под руку, компенсируя разлуку обильным почесыванием под подбородком. Пришла даже Танакис, хотя ее рассеянный взгляд говорил о том, что, где бы ни находились ее мысли, это была не эта часть космоса. Рен отвлеклась, чтобы вместе с Греем поприветствовать Далисву, Мевиени и киралича, когда они прибыли, но, выполнив эту обязанность, отправилась к своей приемной семье.
Улыбка Донайи была неуверенной, но радостное приветствие Джуны принесло лето в прохладный весенний день. — Ты прекрасна! — воскликнула она, сжимая руки Рен в своих. При виде их сплетенных пальцев, покрытых и обнаженных, она издала притворный шок. — Но где же твои перчатки? Пожертвовав одну Руку, ты отдала другую Грею, чтобы он не ревновал?
— Прекрати нести чушь. Конечно, врасценский человек не носит перчаток. — Донайя отбила руки Джуны, но только для того, чтобы в свою очередь схватить руки Рен. — Хотя она наконец-то приняла наш обычай носить рукава, — добавила она, подмигнув.
Рен рассмеялась. Как ни странно, ей было приятно находиться среди стольких людей. — Сейчас слишком холодно, чтобы обходиться без них. И мне хватает внимания.
Донайя наклонилась ближе. — Я хочу, чтобы ты знала: я не забыла о подарке, просто мой первоначальный план сорвался. Я собиралась предложить тебе щенка, но Тесс сказала, что ты боишься собак? Я и не подозревала!
— Тефтеля я научилась терпеть, — сказала Рен. — А щенки, несомненно, милые. Но... вообще-то. Если вы готовы подарить щенка, то я знаю, что Тесс будет рада ему.
— О. — Противоречивое выражение лица Донайи быстро сменилось улыбкой. — Конечно, Тесс должна получить щенка, она так хорошо заботилась о Тефтеле. А пока мне придется найти для тебя другой подарок.
Мимо галопом проскакала Аркадия, неся на спине визжащую Ивению, а за ним — Яги, бегущего так быстро, как только могли его пухлые ножки.
— Может быть, я поговорю со Скаперто, чтобы он разрешил вам с Греем пожить на его вилле в бухте, — сухо сказала Донайя, похлопав Рен по плечу с многострадальным сочувствием женщины, воспитавшей детей. — А теперь ступай. Тебе нужно принять других гостей. А Джуна сказала мне, что есть теплый врасценский напиток, который я просто обязана попробовать? Такой, о котором я не пожалею утром?
Оставив Джуну знакомить Трементиса с прелестями шоколада с пряностями, Рен продолжила движение. Грей делал то же самое, и каждый раз, когда она смотрела на него через всю комнату, ей казалось, что он смотрит на нее в ответ. Потом они смеялись, кто-то замечал и толкал локтем одного из них, и ей казалось, что она уплывает от головокружительной радости.
Пока к ней не подошел Варго с Мастером Пибоди на плече и Седжем на пятках, который что-то прятал за спиной. Цвет лица Варго был все еще плох, а глаза, подведенные углем, блестели, словно у него была лихорадка, но он сумел улыбнуться. — Мне говорили, что подарки обычно дарят после свадьбы, но... этот тебе нужен раньше. Предполагаю, что мы с Седжем все сделали правильно. — Выражение его лица добавило: — Черт, надеюсь, мы все правильно поняли.
Седж представил то, что прятал: плоскую, красиво вырезанную шкатулку. Он стоял, как лакей, пока Рен расстегивала защелку и открывала шкатулку.
Перед ним открылось аккуратно сложенное полотно черного шелка, искусно расшитое зеленым и серым, белым и синим, красным и золотым.
Краски расплылись перед глазами Рен, и у нее перехватило горло. Она с трудом заставила дрожащие руки поднять ткань из футляра. Этого не может быть... Это невозможно...
Но шелк скользил по ее рукам, и у самого края она обнаружила место, где он был порван. Кто-то заделал повреждение аккуратными крошечными стежками, а затем заменил вышивку, пересекавшую разрыв.
Рен знала этот разрыв. Она спросила маму, отчего он появился; Иврина выхватила кошень из маленьких рук Рен и засунула ее обратно в сундук, где она ее прятала.
Она лежала на полу и не понимала, как туда попала. Над ней склонился обеспокоенный Варго. — Черт. Может, это была плохая идея. Может, это неправильная идея? После стольких лет это было не так уж и просто...