— Проблемы? — спросила Рен, заметив растрепанные ветром волосы и раскрасневшиеся щеки Варго, а также криво повязанную на шее повязку, как будто кто-то схватил его за нее.
Я бы так сказал! Альсиус хмыкнул: — Из-за отсутствия Каэрулета всякие негодяи думают, что им все сойдет с рук..:
— Ничего такого, с чем бы мы не справились, — сказал Варго поверх телепатических жалоб. Седж добавил: — Варуни допрашивает тех, кто еще в сознании. Мы выясним, если их нанял Бранек.
Это разгладило тревожную борозду на лбу Седжа. — Док в той стороне, — сказал он, жестом указывая в сторону реки.
Когда обе луны сгустились до новой, ярче всего светили фонари, окаймлявшие мост Флодвочер в низовьях реки, — нитка золотых бус через атласно-темное горло Дежеры. Грей не нуждался в магии, чтобы быть тенью в тени, прислонившись к одному из столбов, которыми привязывали лодки на берегу. Он поклонился Рен, затем обратился к Варго: — У вас есть люди и на западной стороне?
— Конечно, — ответил Варго, явно недовольный — хотя Рен не могла сказать, что именно: то ли Рук усомнился в его предосторожности, то ли пробрался за его кордон. — А вот и наши хозяева.
Внизу по реке зажглись еще два света — лампы на носу и корме приближающейся баржи. Это было обычное грузовое судно, ничем не отличающееся от лодок, которые привозили в Надежру рис и другие основные продукты питания. Однако, на взгляд Рен, в его трюме было не так уж много груза: для этого он слишком высоко поднимался над водой.
Позади Рен раздался шепот протеста — это Идуша из последних сил доказывала, что ей следует сопровождать Кошара на борту. — Если я не вернусь, — сказал Кошар, — „тогда ты должна продолжить наше дело.
Он был готов к тому, что все пойдет наперекосяк. Рен поклялась вытащить его с баржи, если это произойдет — так или иначе. Несмотря на уроки Танакис, она едва могла удержаться на плаву, не говоря уже о ком-то другом.
Подняв руку, Варго отправил своих людей вместе с Идушей подальше от берега. Он, Рен и Рук составят свиту Кошара, а Далисва и Мевени будут посредниками. Никакой другой охраны: зиемец настоял на своем. Рен не могла их винить, как бы ни нравилось ей отсутствие Седжа, Идуши или Варуни за спиной.
Они сели в ялик, привязанный к берегу, и Варго с Далисвой заработали веслами, чтобы доставить их к месту, где баржа бросила якорь.
Хотя зиемец привел с собой охрану, те были вежливы, помогли гостям подняться на борт и направили их к каюте в центре палубы. Они даже не возразили, когда Рук сказал: — Меч останется у меня.
Они знают, что не являются его врагами, подумала Рен. Грей отказался присутствовать сам, но Рук придал Кошару легитимность его собственному крестовому походу против контроля Лиганти.
Интерьер каюты был намного лучше, чем это предполагалось в остальной части баржи. Койки стояли у стен, освобождая место для подушек на полу, каждая из которых была богато расшита. За стеклянными экранами сияли нуминатрийские камни, подчеркивая тени и изгибы резьбы на каждой балке и опоре. Но как бы то ни было, здесь было тесновато, когда все оказались внутри: шестеро гостей, четверо охранников и зиеметцы, согласившиеся встретиться, — старейшины кланов Аношкин и Кирали.
В последний раз Рен видела Аношкинича на Церемонии Соглашения, и тогда на нем была маска призрачной совы, присущая его клану. Сегодня на его лице было выражение презрения, которое только усилилось, когда Мевиени с полной официальностью представила Кошара как Кошара Юрески Андрейка из Аношкина. — Смело заявляешь о своем роде и курече, — сказал он, прерывая его, — не стыдясь того, что ты нас опозорил.
Кошар был невозмутим. — Изгнанным я еще не был. Пока это не изменится, я буду помнить свой народ — хотя, признаюсь, я не ценил эту связь так, как следовало бы. Слишком долго мы позволяли разделить себя, одной рукой сражаясь друг с другом, а другой — с Синкератом.
— И теперь вы объединяетесь с такими, как эти? — Аношкинич презрительным жестом указал на Варго. — На этом человеке лежит печать того, чья кровь смешалась с захватчиками.
Рен была рада своей маске, скрывающей ее северное происхождение. Только как Черная Роза она могла быть услышана этими людьми.
Киралич положил одну руку на руку своего старейшины. — Этот человек» — Деросси Варго, который спас источник Ажераис во время Вешних Вод. Он заслужил право говорить здесь.
Обращаясь к Рен, Рук пробормотал: — Как будто нас двоих там и не было.
Киралыч отвесил ему извиняющийся поклон. — Никто не оспаривает вашего присутствия. Нам ты отдал богохульника Меттора Индестора; мы не забыли.