– Вот это реакция! – неожиданно хлопнул меня тяжелой кистью по плечу Боб, тем самым приведя в себя. Лук в руках разрушился.
– Как ты быстро слепила структуру замораживания, учитывая, что ты маг воды? – тихо заметила Вики.
– Я много тренировалась, – поспешно пробормотала я, и отвела взгляд от Дарена.
– Скорее, сюда! – выкрикнул впереди повозки Эрнест, и мы поспешили обогнуть телегу.
Он стоял у самого края дороги, где на обочине в ногах лежало окровавленное тело лошади. Слабо и болезненно вздымалась грудь несчастного животного. Хлюпала кровь и сочилась струйками в местах глубоких укусов. Но больше всего пострадало брюхо, из которого вывалились внутренности. Рядом со мной всхлипнули, и Вики поспешила скрыться обратно, чтобы не видеть этой картины. Я понимала ее. Здесь уже ничем не помочь. Большой Боб подошел ближе и сделал все, что мог в этот момент... Облегчил ее страдания, вонзив меч в сердце. Лошадь перестала дышать.
– Нужно убираться отсюда, пока не появились другие, – развернулся Эрнест и залез на повозку, беря лошадей за узды, и кивнув Хоку, чтобы забирался следом. Все же, одноглазый остался без лошади. – Такого никогда не было... – виновато погрустнел он.
– Думаю, это мы стали тому причиной, – произнес некромант, и я вопросительно на него посмотрела. Он нахмурил брови, продолжая рассуждать. – Мы нарушили равновесие, пройдя одновременно втроем через ущелье. Я не сразу вспомнил, что анимаги обладают немного иной магией жизни. Плюс водная стихия Эмили. В итоге две магии жизни и одна смерти.
Я озадаченно закусила губу. Это могла быть верная теория. Если бы не одно НО. Я не обладала магией жизни. А магия созидания таковой не является. Хотя, возможно, тут и смешались эти три элемента. В любом случае, я воздержалась от каких-либо комментариев, и все согласились с данным объяснением.
Через пару часов мы благополучно добрались до портового городка Грэндвилл. Я увидела довольно обычные, однотипные серые двухэтажные домики, плотно прилегающие друг к другу, отчего порой совершенно не разобрать где заканчивается один дом, и начинается другой.
Остановившись в одном неприглядном трактире, Хока тут же отправили к лекарю. Он прихватил меня с собой составить ему компанию. Вики увязалась с нами, но тут же отделилась, возможно встретиться с Тиреном, а может разведать обстановку городка для своего задания практики.
– Ох, ты, батюшки, – воскликнула пухлая старушка, когда мы вошли в домик знахарки. Перевела взгляд с Хока на меня, и обратно, – Да, ты скотина, бездушная! – схватила она веник, и начала им бить по одноглазому. Он прикрылся от нее здоровой рукой. – Почто ты девку попортил?! Совсем молодая же еще! Кобелина паршивая! Все тебе неймется!
– Баба Рая, ну хватит уже, – пропищал одноглазый, прикрывая голову.
– Хватит?! – задохнулась от возмущения она, – Это я еще не начинала, мерзавец бессовестный! На молоденьких потянуло? – и как треснет ему по голове так, что веник пополам раскололся.
Я не удержалась от смешка.
– А ты чего веселишься? – перевела она взгляд на меня, – Не дам зелья! Нагуляла, так теперь и расти сама ребеночка! И нечего на меня такими глазами смотреть! Думать надо было раньше, с кем связываешься! А ведь такая хорошая на вид, – покачала она головой.
– Дык, я не за этим, – выглянул одноглазый из-под локтя.
Она так грозно зыркнула на него, что он поспешил спрятаться обратно, от греха подальше. Видимо, она очень давняя и хорошая знакомая Хока, раз так позволяет себе с ним вести.
– Не беременна от этого уволя? – пристально посмотрела на меня, словно сканируя ауру.
Я поспешила покачать головой. От ее зоркого взгляда и мне стало не по себе. Вот почему он побоялся сюда один сунуться. Но вроде она доброжелательная, хоть и встретила своеобразно.
– Не беременна, – выдохнула она облегченно.
– Я ж это и пытался сказать, – осмелился Хок вновь опустить локоть, видя, что старушка успокоилась. – Рана у меня, – кивнул он на свою наспех перебинтованную руку, пропитавшуюся кровью.