Восхищенный вздох, и Люси мечтательно подставила под подбородок кулачки.
– И вовсе нечем восторгаться, – буркнула я ей. – Он грубый, нахальный...
– Ничего ты не понимаешь! – перебила она меня и, показав язык, поспешила убежать в свою комнату.
Ари рассмеялась вслед ей. Я изумленно смотрела в дверной проем, за которым скрылась маленькая вредина.
– Она быстро взрослеет, – грустно улыбнулась женщина, – я не хотела, чтобы на нее свалилась эта ноша.
– Ты не виновата, – сжала я ее кисть. – Мы не в силах предугадать события и что-то исправить. К тому же это не навредит ей. Она станет сильней.
– Знаю, – кивнула она. – Но все равно боюсь. Люси уже начинает подозревать, почему доктор приходит так часто. Тем более, когда мое состояние уже стабилизировалось, и угроза миновала.
– Доктор хороший человек, и она это знает, – улыбнулась я, услышав столь добрую весть.
Найти пару, имея маленького ребенка, всегда нелегко, но так здорово, когда у историй счастливый конец. Я понимаю, жизнь не сказка и все куда сложнее, но верить ведь никто не запретит.
Ари смущенно кивнула. Я перевела взгляд на прикроватный столик, заметив на нем большой букет полевых цветов.
– А ты слышала, у нас тут поймали шайку работорговцев?! – вдруг произнесла она. – В нашем-то тихом городке! Но хорошо, их быстро обнаружили! Причем они лежали без сознания прям на дороге!
Я поморщилась, вспомнив тех мерзких типов, и перевела взгляд на нее.
– Кто их так уложил, неизвестно, но он определенно всех нас спас! – женщина приложила руку к груди. – Я бы точно не перенесла, если бы с Люси что-то случилось!
Кто бы мог подумать, что стечение обстоятельств многое предотвратит?! А ведь именно я притягиваю несчастья. Но раз так, то на благо города не жалко.
Успокоив ее, я отправилась к Люси и помогла ей с домашним хозяйством. Девочка сначала дулась, но вскоре вновь вертелась вокруг меня и щебетала различные истории, придумывая невообразимых персонажей. Я всегда удивлялась фантазии малышки, но слушать ее одно удовольствие.
Когда с делами было покончено, я отправилась в академию. На улице начинало темнеть, поэтому я поспешила вернуться, не горя желанием бродить в темноте по лесу.
Вики сонно терла глаза и откровенно зевала, порой забывая прикрыть рот. Я тоже чувствовала себя уставшей, поэтому по обоюдному решению мы легли спать раньше привычного.
Следующие несколько дней прошли почти спокойно. Эльфийка пыталась сделать какую-нибудь гадость, но это у нее плохо получалось. Я была готова к любым ее выходкам. Жидкий стул, грозовое облачко над головой, исчезающая тетрадь и растекающиеся чернила… Ничего нового и интересного.
Я сложила из бумаги лягушку и, наложив на нее антивозгоратель, заколдовала следовать везде за бестией. И как выяснилось, принцесса безумно боится лягушек. Знала бы, что она сама несколько дней назад была одной из них! В общем, на неделю у нее сейчас хватит забот, так как избавиться от преследователя непросто. Если не рискнет его все же поцеловать! Эх, за что ей отдельное спасибо, так это так это за возможность провести на ней какой-нибудь эксперимент с магией. Даже не знаю, кто бы мог лучше послужить для меня и стимулом, и подопытным.
Все реже Лиз пыталась меня разговорить, но всегда при удобном случае вылавливала меня поделиться новостями. Центр ее внимания сосредоточился лишь на одном человеке, и она словно порхала от счастья, а ее глаза искрились непонятным для меня чувством. Каждый раз что-то неприятно кололо в груди, и я одергивала себя, чтобы не высказаться грубо. Мне было тяжело находиться в ее обществе, но я понимала, что в этом ее вины нет.
На улице уже выпал толстый слой снега, а на меня все чаще накатывала тоска. Даже Вики это отметила и всячески подбадривала меня вечерами за разговорами, вскрывая очередную коробку сладостей от деда. Я была благодарна ей за это, ведь действительно забывала о тревожащих меня мыслях.
Она часто рассказывала об отце, восхищаясь его отвагой и храбростью. А сколько дел он раскрыл! Недаром сам эльфийский король завербовал его на службу, несмотря на его вторую ипостась – трехглавого цербера. Даже представить жутко! Ни один преступник не мог ускользнуть от Олфина, хоть и случались промахи. Но ясно, по чьим стопам Вики решила пойти, выбрав факультет расследований. Меня порой прошибало потом. Если бы Вики узнала правду о том, что живет рядом с преступницей. Что бы она тогда сказала? И почему меня начинает волновать этот вопрос? Но когда она поведала историю своей матери, я немного расслабилась, хоть это и не могло сравниться с моим прегрешением.