– Мы умерли? – прошептала Бэтти, уткнувшись лицом в мое плечо.
– Еще нет, – ответил я ей, но не мог ничем обнадежить. Я не сумею долго держать заслон, и рано или поздно груда камней, что давит на купол, рухнет на нас.
Рядом стонали другие адепты и тоже вслушивались в окружающие звуки. Мы были полностью слепы, и отчаяние разъедало изнутри. Пронзительный женский визг заставил нас всех вздрогнуть. Позже мы узнали, что это кричала Рэй Мерган, волею судьбы опоздавшей на то роковое собрание. Мы даже представить не можем, что за картина перед ней открылась, но это ее глубоко потрясло. А затем я услышал голос отца.
– Дарен, я здесь! Ты слышишь меня? Опускай заслон, мы вытащим вас! – прокричал он, и я ощутил, как мой купол обволакивает его сила, беря весь тот груз на себя.
Какое я испытал облегчение от его появления! В голосе слышалась тревога, и я вновь стал маленьким мальчиком, когда отец обратил на меня внимание. Мне не хватало его заботы, которой он окружал нас, когда мама была еще жива, и этот миг был моей самой большой слабостью. Я нуждался в нем.
А после чьи-то руки подняли меня на ноги, и Бэтти, не желая выпускать меня, встала следом, не отставая ни на шаг. Лишь когда мы очутились в госпитале и ей объяснили, что больше ничто не угрожает, она отпустила меня.
Отец забрал нас с Вэйном в родовой замок. Брат получил такие же ожоги глаз, и также смог укрыть остальных адептов в другой части зала, несмотря еще и на два сломанных ребра, которые грозили ему внутренним кровотечением. Все обошлось, хоть лечение и было болезненным, – через месяц зрение вернулось. Остальные избавились от слепоты через два, а вот к Бэну зрение так и не вернулось. Возможно, он больше никогда ничего не увидит.
Я потер виски, прогоняя воспоминания, и открыл шкаф, достав из него утепленный дублет.
– А что думает об этом отец?
– Ты же знаешь, он сторонник версии, что это было продумано заранее. Но именно какая-то случайность не дала произойти тому, что на самом деле замышлялось. Если целью был Нейр Орфус, то его выживание является важной нитью к разгадке. А пока они только могут выискивать его врагов и строить предположения.
Расследование идет слишком медленно.
– Это не твоя забота, – ответил на мою неозвученную мысль демон. – И я не должен был тебе ничего об этом рассказывать. Повелитель считает, что вам с братом стоит меньше думать о том дне и продолжать жить дальше.
– Послушался бы он сам своего совета, – довольно резко высказался я, натягивая на себя дублет.
– Не вини его в том, что случилось семь лет назад. Он сделал все, что от него зависело.
– Да знаю я, – одернул я вниз ткань.
В тот самый миг под завалами разрушенного замка я подумал, что в нем что-то переменилось. Но когда зрение вернулось, я понял, что все осталось как прежде. Все та же холодная отстраненность и одинокая задумчивость. Угроза его наследию миновала.
Завязав шнуровку, я развернулся к камину. Огонь тихо покачивался, подтянув к себе языки пламени. Демон был здесь, но и где-то еще. Затем он резко вспыхнул, пробормотав что-то невнятное, похожее на ругательство.
– Чуть не попался! – выдохнул он изо рта черным облачком.
Я смерил его осуждающим взглядом. Опять он за кем-то подглядывал без моего ведома.
– Я одним глазом и в благих целях! Ничего непристойного, – заверил он. – Просматривал коридоры. И девушка только что вышла из комнаты, направляется к выходу. Тебе лучше поторопиться, если ты не хочешь заставить даму ждать.
Я фыркнул. В благих целях, как же! Но все же поспешил у самой двери схватить с вешалки плащ.
– Удачной вам охоты! – крикнул напоследок демон.
Эмили.
– И когда ты успела подмешать ему сомбулу в зелье? – накинулась на меня Вики, когда я зашла в комнату.
От такого приветствия я как-то стушевалась.
– Подвернулось случайно… А может, и не случайно… – затем расправила плечи и заявила. – Он заслужил это за все издевательства. К тому же ты видела, что он сделал со мной?! – я подошла к зеркалу, разглядывая свое бледное лицо с фиолетовыми глазами. – Нет, ну ты только посмотри! – Развернулась я боком, оценивая масштаб изменений и захватив рукой прядку зеленых волос. – Я кикимора!