– Фаури ти рей, – совсем тихо прошептала я заклинание иллюзии, и моя одежда преобразилась в потертое невзрачное платье прошлого столетия.
Некромант же создал густой дым, поднимающийся из ямы. Вновь подхватив меня за талию, он подтолкнул меня вверх, помогая выползти, и я специально закряхтела, чтобы привлечь к себе внимание. Гробовая тишина означала, что моя задумка удалась. Очень медленно, дабы не спугнуть быстрыми движениями наших «жертв», я выпрямилась. Их лица побледнели.
Следом из могилы воспарил демон, обнажив свои клыки. Челюсти неудачливых расхитителей отпали. Они заорали и бросились врассыпную.
Мы взглянули друг на друга, истерически заржали и ринулись в погоню. Я только успела выкрикнуть: «Очкастый мой!» – и схватила торчащую в земле лопату, кинув в нее заклинание левитации. Оседлав ее, полетела за несчастным, не прекращая болезненно смеяться. И пусть я выглядела сумасшедшей с растрепанными зелеными волосами, еще больше путающимися от ветра, но мне было до безумия весело.
Пришлось немного скинуть скорость, чтобы чуть дольше насладиться преследованием. Он кричал, перепрыгивал надгробные плиты и молил о спасении. Инстинкт самосохранения помогал ему развивать небывалую скорость. Но он все же споткнулся и упал лицом в снег. Тут-то я и свалилась ему на спину, припечатав тельце несчастного сильнее в сугроб.
– С-с-спасите... М-мама... – стал заикаться он, весь дрожа.
– Как ты посмел покуситься на мои владения, смертный? – грозно прошипела я у него над ухом. – Что ты здесь ищешь? Отвечай!
– М-м-моркарис... – пролепетал он.
Я на мгновенье задумалась. Помнится, Лиз что-то упоминала про это... Ах да, всем новичкам на факультете травников рассказывают байку о волшебных корешках моркариса, произрастающих под слоем снега на самом дне старых могил, якобы дарующих возможность сварить какое-то запрещенное зелье. Этакий розыгрыш первогодок, которые наивно верят во все россказни, и тут же загораются идеей непременно заполучить запретное. Только никакого моркариса и в помине не существует. Это проверка на храбрость и глупость. Но у них хоть выбор есть, а у нас, водников, такого на первом курсе не было. Скрутили ночью, прямо в кровати, накинули мешок на голову и потащили в лес. Сдаваться без боя я не собиралась, поэтому похитителям изрядно досталось, а мой словарный запас ругательств тогда изрядно пополнился. Но в итоге меня отпустили, после чего всей компанией старшекурсников устроили водную охоту на первокурников. Стоит ли говорить, что я со своими белыми волосами стала легкой мишенью? В общем, вернулась я в общежитие мокрая и злая.
– Н-н-не уб-б-бивайте... – напомнило о себе придавленное мной тело адепта.
Поддержать теперь придуманную шутниками легенду или опровергнуть? Не много ли будет для него потрясений за раз?
– Ты посмел потревожить души мертвых, смертный! Знаешь, какое тебя ждет наказание? – решила опустить всю эту нелепицу с растением и дать возможность им самим разобраться в этой истории... после.
Неподалеку раздался визг, будто принадлежавший угодившей к разбойникам девственнице, а не взрослому крепкому парню.
– П-п-пощадите! Я б-больше не б-буду! – содрогнулось подо мной тело в истеричном всхлипе. Теперь и не сомневаюсь, вряд ли он осмелится еще раз сунуться на кладбище в ближайшие десять лет. И как некромант добился такого эффекта?
– А что ты можешь мне предложить? – склонилась я к нему, заставив жилку на его шее нервно вздрогнуть.
– У-у-у м-меня есть два з-золотых, – купился он на крючок. Не очень-то высоко оценил свою жизнь. Либо это все, что у него с собой есть?
– Меня не интересуют деньги, – прошептала я, громко облизнув губы.
– Е-есть часы... очень д-дорогие, – продолжил торги бывший расхититель могил. Я фыркнула. – К-кольцо... родовое, – чуть приподнял он руку, показывая дрожащей кистью на средний палец, обхваченный массивным перстнем с синим камнем. Красивый, но столь личное мне ни к чему. Да и грабить-то его я не собиралась, но он воспринял все куда серьезней, что даже не пожалел столь ценную семейную реликвию. – С-слеза русалки...
Я чуть не выкрикнула от изумления, но вовремя сдержалась, подавив в себе рвущийся восторг. Вот уж точно не ожидала, что у него окажется подобная редкость.