Вики снова с любопытством на нас оглянулась. Сама же она ехала следом за повозкой рядом с Бобом и тоже о чем-то беседовала. Эти двое нашли больше общего, чем могло показаться на первый взгляд. Оба спокойные и сдержанные, но с таким внутренним стержнем. И если бы прямо сейчас требовалось идти в бой, они определенно очутились бы в числе первых.
Сам Боб на своей лошадке казался великаном. Как она его, бедолага, выдерживает? А какой у него рост! Я и сама себя гномом почувствовала рядом с ним.
Некромант вместе с Эрнестом шествовали непосредственно в начале, как два предводителя. Ну а мы, как самые несерьезные, плелись в конце и без умолку смеялись. Все же, они очень забавные торговцы, и я понемногу прониклась к ним симпатией.
Ещё одна иллюстрация:
Глава 10. Неожиданное открытие
Вечером мы пересекли границу Арлейской республики, очутившись теперь в Эверии. Я принялась разглядывать все вокруг, пытаясь уловить особые приметы местности. Однако, помимо смены климатического пояса, лес оставался таким же хвойным. Таял снег, и я ловила отголоски журчащих ручейков, появившихся с приходом весны. Часть теплых вещей отправилась в сумку.
Лес вскоре расступился, открывая перед нами небольшую деревушку «Распутовка», в которой торговцы решили остановиться на ночлег. Меня посетило смутное чувство, будто одноглазый что-то упоминал об этом месте. Эх, ну не могла я слушать его в оба уха! И так они готовы были воспылать от откровений. Совсем ни стыда, ни совести.
– Отправимся в наш излюбленный трактир? – предложил Хок.
– Не думаю, что это подходящее место для девушек, – как-то странно посмотрел на нас с Вики Эрнест.
– Ай, совсем забыл, что нам ректор нынче подкинул, – раздосадованно отозвался тот.
Мне не очень понравилась его фраза "подкинул", будто мы с Вики лишний балласт.
– Но, по крайней мере, хоть поужинать-то там можно, – предложил Ральф, поглаживая свой живот. Последние полчаса он о еде только и говорил, отчего я сама бы не отказалась от чего-нибудь сытного.
– Еда там действительно самая знатная, – согласился с ним Боб.
– А потом подыщем другой трактир для девчат, – ухватился за соломинку одноглазый.
У меня сложилось четкое ощущение, словно от нас хотят избавиться. Причем некроманта, как-никак, они отделили. Чем он заслужил такую благосклонность? Стало обидно, ведь совсем недавно вместе со мной так легко шутили. Я уж думала, мы подружились. Ан, нет. Предатели.
– Идет, – согласился Эрнест с таким раскладом.
Я переглянулась с Вики. Она почему-то догадливо улыбалась.
«Пьяный дурак» – так гласила у входа косая металлическая табличка в заведение. Позитивненько. Боюсь представить, что за картина там откроется. И женский смех, донесшийся до нас еще на улице, только подтвердил мои мысли. Там было шумно и весело. Кажись, Хок упоминал и этот трактир в своих рассказах... Или я что-то путаю?
Мужчины, отдав своих лошадей невысокому пузатому юноше, сразу залетели внутрь. Галантности им не занимать. Лишь некромант остался с нами стоять.
– После дам, – указал он на дверь. Я подозрительно на него покосилась. Чего он вдруг решил стать обходительным? Но он почему-то пребывал в мрачном расположении, так что язвить я не стала.
Вики зашла внутрь, и я последовала за ней, поднявшись на крутые ступеньки. Только начала перешагивать порог, как невидимая волна ударила мне в грудь, выбив из легких весь воздух. Если бы не милость случая, загремела бы я вниз, наверняка свернув себе шею. Но волей провидения я налетела на грудь некроманта, и мы вместе отсчитали ступени до каменной дорожки, подняв вокруг себя дорожную пыль.
За спиной выругались, а я чихнула, потрясенно смотря на вход. Что это только что было?
– Может, слезешь с меня? – прорычал позади меня некромант, на котором я еще частично лежала. Наверняка ему немало досталось, мое-то падение он смягчил.
Я отползла в сторону, не в силах встать из-за отката ударившего заклинания.
– Дом меня не впустил, – растерянно пробормотала я.
– Ты что же, возрастную черту не заметила? – с укором пробормотал он, похлопав себя по плечам, стряхивая остатки пыли. Затем вдруг резко остановился и, опомнившись, пристально уставился на меня. – Постой, тебе нет восемнадцати?!