Яра вышла вперёд и встала перед всеми. Ради победы она должна рассказать.
— Чтобы опустошить обелиск, Малреку нужна кровь, открывающая печать, — сказала она.
Лисса отмахнулась, глаза сверкнули.
— Это мы знаем. Дай что-то полезное.
Даррен шагнул к Яре, рука легла на талию, тёплая, твёрдая.
— Дай ей говорить, — прорычал он.
Яра почувствовала его тепло, словно якорь, удерживающий её. Она вдохнула, набирая силы из земли.
— У меня есть дочь, — произнесла она. — Восемь лет назад я спрятала её от Малрека в монастыре. Но он нашёл, кровь позвала. Айя — его дочь тоже.
Май ахнул, глаза расширились, пальцы дрогнули на посохе.
— Дитя крови круга, — выдохнул он.
Лисса нахмурилась, её лицо было каменным, ярость кипела. Кернан смотрел спокойно, но Яра заметила тень в глазах — знал или догадывался. Даррен сжал её руку, их пальцы сплелись. Его поддержка помогала, несмотря на то, что сердце вырывалось из груди.
Лисса шагнула вперёд.
— Пусть ты не Айаэль, но ты подстилка чернокнижника! — прошипела она. — Как тебе верить?
Яра вздрогнула, дыхание сбилось. Лисса била в сердце, вскрывая старые раны. Яра боялась, что Лисса права, что тьма Малрека отравит круг через неё, но выбора не было
— Можете не верить, — ответила Яра. — Но он придёт. Нельзя позволить Малреку принести Айю в жертву. Это убьёт не только её, всех. Прошу, встаньте рядом. Только полный круг защитит обелиск и всех нас.
Даррен обнял за плечи, прижал к себе, словно защищая от Лиссы.
— Она права, — сказал он. — Я верю.
Яра почувствовала, как его слова прогнали холод, грудь сжалась от благодарности. Его вера — свет, что не давал ей сдаться.
Кернан шагнул вперёд, посох стукнул, эхо в сердце.
— Каждый из нас — стена. Каждый — печать, — сказал он. — Я готов.
Май кивнул, лицо каменное, глаза смягчились.
— Она спасает дочь. Она с нами.
Лисса шагнула к Яре, глаза сверкнули, ярость и сомнение.
— А если лжёшь? — выплюнула она колко и язвительно. — Если это всё уловка Малрека?
Яра посмотрела в её глаза. Она боялась, что Лисса права, но отступать было некуда.
— Тогда убей меня сейчас, — сказала она с вызовом.
Лисса схватилась за нож, пальцы побелели, замерла. Даррен шагнул вперёд, преграждая путь, плечи напряглись.
— Яра говорит правду, — прорычал он тяжело, с угрозой. — Я был в роще, духи показали всё. Она сражается за нас, за Айю.
Его гнев был защитой, вера — силой. Лисса отвела взгляд и отступила. Яра почувствовала: как её ярость угасала, но недоверие осталось, словно яд в воздухе. Даррен повернулся, коснулся ладонью её щеки.
— Ты сильная, — шепнул он хрипло, но нежно. — Пройдём через это.
Яра кивнул. Лисса фыркнула, язвительно буркнула:
— Подарить чернокнижнику дитя — безрассудство.
Яра вздёрнула подбородок.
— У меня не было выбора. Я сделала, что могла. Сбежала. Спрятала её. Надеясь, что он никогда не узнает. Но он нашёл меня. Заклеймил. Связал. Чтобы однажды добраться до неё. Не раньше — когда ей исполнится достаточно, чтобы кровь открыла печать. И вот время пришло.
Лисса замерла, глаза сузились, но она промолчала. Кернан шагнул вперёд.
— Довольно. Что было — было. Сейчас важнее — что будет. Магия круга держится не на рунах и пророчествах. Она держится на людях. На нас. Мы — живая печать. Наша сила — в единстве.
Май кивнул. Его лицо оставалось каменным, но голос прозвучал чётко:
— Она хочет спасти дочь. Значит, должна быть с нами.
Даррен обнял Яру за плечи.
— Я с ней, — прорычал он решительно, клятвенно. — Всегда.
Все обернулись на Лиссу. Она молчала. Яра чувствовала её страх и тень сомнения. Лисса шагнула назад, рука соскользнула с ножа.
— Я с вами, — бросила она холодно, резко. — Но не ради неё. Только ради круга и клана.
Яра кивнула, сердце сжалось от боли. Было неприятно, что Лисса не верит, но радостно, что круг един.
— Пусть так, — сказала она.
Тишина опустилась на поляну. Ворона на плече Даррена замерла, будто чувствовала бурю. Кернан вскинул руку, посох вспыхнул, зелёный свет лизнул воздух.
— Не будем ждать, — сказал он хрипло. — К обелиску. Малрек придёт, второго шанса он нам не даст. Зови его, Яра.
Яра позвала.
Над лесом поднималась тень. Невидимая, ощутимая, яд, текущий по венам земли. Малрек приближался. На этот раз все были готовы. Или им так казалось.
Глава 25: Тень Хаоса
Ночь рухнула на рощу чёрным покровом, крадущим даже звёзды. Тени деревьев корчились, словно когти, тянущиеся к небу, а их корни пульсировали пока ещё живые, но отравленные тьмой. Обелиск возвышался в центре поляны, древний монолит, испещрённый рунами, что мерцали в теноте, будто само сердце земли билось в нём. Даррен чувствовал его магию, словно дрожь в костях, жар в венах или зов, что тянул его.