-- Мы все умираем, - мрачно ответил чернокнижник. - Одни быстрее, другие медленнее.
-- Я боялась, что ты умрешь прямо сейчас.
-- И все решат, что это твоих рук дело? Понимаю...
-- Нет, я боялась, что потеряю друга, - с упреком сказала девушка. - Снова.
-- Чтобы что-то терять, надо это иметь! - он раздраженно отвернулся. - Все усложнилось. Теперь Йозеф знает, что я был у карателей.
-- Но он же твой друг, он не станет...
-- У магов не бывает друзей, девочка. Мы временно объединяемся, когда нас связывают общие интересы.
-- Я не должна была звать Йозефа? Но ты был весь в крови, ты кричал...
-- Успокойся, все нормально. - Тео вздохнул. - Только теперь Йозеф мне не доверяет и я его не виню.
-- Тебе будут переливать кровь другого человека?
-- Ты подслушивала?
-- Конечно.
-- Хорошо, быстро учишься. Да, попробуем избавиться от порчи... Каратели знают, что я все еще жив и готовятся к решающему удару. Но их ждет сюрприз. Конечно, если я выживу. Принеси мне чистую рубашку и шкатулку, которая спрятана под ними.
Элейс сделала, что он просил. Осторожно вытерла кровь и помогла одеться. Шкатулку из черного лакированного дерева она поставила перед магом.
-- Ее не так-то просто открыть. Смотри, необходимо нажать здесь и здесь... - он надавил в трех местах. Крышка откинулась. Внутри лежали маленькие бесцветные камешки. - Это алмазы. Если я не переживу переливанье, бери шкатулку, ключи, и беги отсюда. В мантии послушника на тебя не обратят внимания. Главное, капюшон не забудь.
-- А как же...
-- Не смей возражать!
-- Хорошо.
-- Запомнила, где нажать? Если сделаешь что-то не так, останешься без рук и глаз. Страж шкатулки спуску не даст.
-- Запомнила. Откуда у тебя столько алмазов? - она не могла скрыть удивления.
-- Это слезы замученных младенцев, - отрезал Тео. - Не умеришь любопытства, там окажутся и твои. А теперь завари мне слабый настой ромашки. Очень хочется пить.
Элейс беспрекословно подчинилась. Драгоценные камни Тео выменял у Симона. Он намекнул старику, что алмазы являются его слабостью. Симон согласился достать их в обмен на услугу. Он нуждался в ослепляющих заклинаниях, запечатанных в конверты. Подобные вещи невозможно купить у волшебника, а послушники магов не обладают знаниями для их изготовления. Только поэтому конверты еще оставались редкостью.
Это была честная сделка. У Тео оказались алмазы, а старик заполучил в свои сморщенные, разбитые артритом руки десять конвертов. Кому предназначались зловещие "подарки", мага не интересовало. Симон прижимал конверты к груди, подобострастно кланяясь, но делал это скорее по привычке, чем осознанно. Будучи хорошим управляющим, он знал себе цену и давно не боялся хозяев.
Чернокнижник привык относится к происходящему с циничным безразличием. Он не считал, что рожден для удовольствий. С его внешностью трудно получать от жизни удовольствие, хотя иногда ему это все же удавалось. "Трудности были, есть и будут, наш же удел - терпение" - бормотал он, смывая с перчаток кровь Карла. Операция, длившаяся несколько часов, прошла успешно. Тео отвлек внимание магов и подменил сердце как было условлено. Карл был жив.
С того момента как Йозеф влил ему чужую кровь, Тео стал смотреть на подобные вещи проще. Раз он выжил после переливания, значит, в этом нет ничего ужасного. Его почти не беспокоил вид Карла, лежащего в ванне, наполненной обеззараживающей жидкостью. На бортиках были установлены свечи, а сама ванна вписана в магический круг. Подобные меры должны помочь медиуму восстановиться быстрее. Рядом с Карлом дежурил Герберт, который успел выспаться перед операцией, поэтому еще держался на ногах.
Тео постоянно чувствовал на себе косой взгляд Йозефа. Призыватель не стал настаивать на яде из-за слабого здоровья чернокнижника, но глаз с него не спускал. Возле покоев Тео постоянно дежурил послушник Йозефа, который докладывал хозяину обо всем, что видел и слышал. Тео чувствовал как его все крепче окутывает невидимая сеть.
Чернокнижник стал плохо спать и все чаще задавался вопросом, почему он еще не покинул магов, если с порчей покончено? Ответ лежал на поверхности - среди коллег по ремеслу безопаснее. За порогом он сразу становился целью номер один для белых карателей. Волшебники схватят его живым только для того, чтобы сгноить в застенках.
Мысли о застенках были неразрывно связаны с Беллой. Тео ощущал неприятное чувство вины перед ней. В том, что волшебники уже убили девушку, он не сомневался. Скорее всего, сожгли заживо. Как-то он видел, как каратели сжигали колдунью. Тео носил маску, имитирующую человеческое лицо, поэтому стоя в толпе был в относительной безопасности. Колдунья почувствовала мага. Ее взгляд был полон безмолвной мольбы, она просила убить ее до того, как огонь примется пожирать плоть. Он ничего не мог сделать - просто закрыл глаза. И теперь, закрывая их перед сном, он снова чувствовал запах дыма.