Сзади остановилась машина ДПС, уже слышна была сирена «скорой», которую они, видимо, вызвали на всякий случай, услышав по рации от прапорщика, что «Жигуль» всмятку.
Старший лейтенант ГИБДД открыл дверь «Волги» со стороны водителя и осторожно тронул его за плечо. Тот что-то пробормотал. В салоне стоял резкий запах водки. Через несколько минут он уже был в «скорой». Вскоре оттуда вышел фельдшер, прикуривая на ходу.
— Как он? — спросил инспектор.
— В дупелину. Лыка не вяжет. Жив будет, не помрет. Перелом переносицы, больше вроде ничего. Давай оформлять, мы его забираем. Пройдите в машину, девушка, пусть вас все-таки врач посмотрит.
Наташа на всякий случай не стала отнекиваться, но с ней, за исключением кровоподтека на виске, действительно все было в порядке. Рядовой ГИБДД бросил фельдшеру:
— В рубашке родилась. Молодец, что пристегнулась. А этот м…к чуть такую красивую бабу не у…л насмерть.
Наташа метнула взгляд в сторону чехов, поежившись от такого убийственного комплимента. Те вроде ничего не поняли, продолжая соболезнующе на нее поглядывать. Водитель, седоватый, коротко подстриженный мужчина, о чем-то вполголоса говорил со своим спутником. До этого Наташа видела его мельком, заметив только, что он высокий, темноволосый, с бородой, но сейчас взглянула более пристально и обомлела. Чех был хорош просто до неприличия. Удивительной красоты темно-серые глаза смотрели из-под длинных ресниц ласково и внимательно. Идеальный профиль, высокие скулы. Аккуратно подстриженная борода не скрывала мужественного, чувственного рта. С усилием она отвела от него взгляд, чувствуя неловкость оттого, что так уставилась.
Началось составление протокола. Красавец молча стоял в стороне. Пожилой едва говорил по-русски. Наташа часто общалась с чехами во время разных фестивалей и понимала их, если говорили они медленно и внятно. С грехом пополам она принялась выполнять роль переводчика. Чех благодарно улыбался, время от времени пожимая ее локоть. В конце старлей предложил ей вызвать техпомощь.
— У нас есть трос. Мы, если позволите, сами доставим даму домой, а завтра утром я пришлю к ней нашего автомеханика, — как гром среди ясного неба прозвучал без всякого акцента голос молодого бородача.
После всех Наташиных мучений с переводом это было так неожиданно, что через секундную паузу все, осознав, что произошло, расхохотались.
— Что ж вы раньше-то?.. — с упреком спросил, отсмеявшись, старлей.
— Я заметил, что в экстремальной ситуации русские женщины быстрее берут себя в руки. Но теперь пора вмешаться. Наш механик действительно творит чудеса в своей мастерской. Вполне возможно, что он сумеет восстановить даже такую машину.
— Ну-у, не знаю, — задумчиво протянул сотрудник милиции, критически оглядев то, что осталось от «Жигулей». — Наверное, дешевле новую купить.
— Я думаю, вопрос о том, что дешевле, мы решим с водителем «Волги», когда он придет в себя. Дамы это никак не может касаться. — Сказано это было очень вежливо, но достаточно твердо. — Я полагаю, вы согласны с тем, что здесь не может быть двух мнений?
— Конечно, конечно, — поспешил согласиться сотрудник ГИБДД.
— Я не уверена, что это удобно, — усомнилась Наташа.
— Это удобно и единственно правильно. Вы позволите мне привязать вашу машину? Стефан попробует ее завести, если получится, то он, с вашего позволения, сядет за руль «Жигулей», я поведу машину сам, и вы поедете со мной, покажете дорогу. Не отказывайтесь, пожалуйста. — Он улыбнулся.
— Советую соглашаться, — вмешался старший лейтенант. — Мы такого предложить, к сожалению, не можем.
Тут только Наташа поняла, что пожилой Стефан — личный шофер ее собеседника. А тот, вынимая визитную карточку, представился:
— Карел Новак. А вы случайно не актриса?
— Я актриса, но вы вряд ли меня где-то видели.
— Нет, я вас видел в нескольких фильмах, вы мне очень понравились. Ваше лицо невозможно забыть, и играли вы прекрасно. А теперь старший лейтенант мне подскажет, в каком театре я могу вас увидеть, если вы сами не захотите сказать.
Наташа улыбнулась.
— Ну, это я вам с удовольствием скажу, у меня совершенно не засекреченная работа.
«Жигули» завести не удалось, и Наташа расположилась рядом с Карелом в светло-сером кожаном салоне «ниссана». Ей, конечно, приходилось ездить и в более шикарных автомобилях, но сейчас, после двухчасового стояния под снегом, с ссадиной на лбу, в старой дубленке, она ощутила, как сильно контрастирует с окружающей обстановкой. Карел заботливо предложил ей выпить где-нибудь кофе с коньяком, чтобы хоть немного согреться и успокоиться, но Наташа сказала, что мечтает только об одном — попасть наконец домой.