— Рядом. Но голос камней услышишь только ты.
Каньон встретил их тишиной, но это была не обычная тишина. Она казалась густой и плотной, словно в ней скрывались звуки, которые невозможно уловить сразу. Шаги Кайлара и Людмилы отдавались мягким гулом, и каждый камень будто хранил эхо их движения.
Чем глубже они заходили, тем сильнее Людмила ощущала, что стены каньона не просто смотрят на неё — они слушают. Камни, покрытые сетью трещин, казались древними лицами, которые вот-вот заговорят.
— Мне… кажется, что здесь кто-то есть, прошептала Людмила, оглядываясь.
Кайлар остановился и внимательно посмотрел на неё.
— Это камни. Они слышат твои мысли. Если сердце открыто ты начнёшь слышать их в ответ.
Она хотела что-то ответить, но вдруг… услышала.
Сначала это было похоже на тихий ветер в расщелинах, но через мгновение звуки сложились в шёпот:
«Людмила…»
Девушка вздрогнула.
— Ты слышал? Оно… произнесло моё имя!
Кайлар медленно покачал головой.
— Нет. Камни не говорят со мной. Только с тем, кого хотят испытать. Что они сказали?
— Просто… "Людмила". Как будто… зовут.
Кайлар внимательно посмотрел на неё, и его глаза чуть сузились.
— Значит, они приняли тебя. Но будь осторожна — иногда камни показывают прошлое, чтобы проверить твою силу.
Людмила прикоснулась к ближайшей стене. Камень был тёплым, не холодным, как она ожидала. И тут же в её голове пронёсся ещё один голос, более отчётливый:
«Ты пришла слишком поздно…»
— Кайлар! Оно снова говорит!
— Что?
— Говорит, что я опоздала… но я ведь только пришла…
Он положил руку на её плечо.
— Это воспоминания земли. Она показывает отголоски чьих-то историй, чьей-то боли. Не принимай это как правду — ищи смысл глубже.
Чем дальше они шли, тем больше шёпотов слышала Людмила. Из глубины каньона доносились слова, обрывки песен, даже смех, но иногда голоса звучали так близко, что ей казалось, кто-то стоит прямо за спиной.
Она сжала перо ветра в ладони.
— Как будто всё это время земля ждала, чтобы с кем-то заговорить…
Кайлар слегка улыбнулся.
— Ты слышишь её потому, что несёшь Сердце между мирами. Камни редко открываются тем, кто слишком погружён в себя.
Людмила глубоко вдохнула.
— И что теперь?
— Теперь мы должны найти центр каньона, сказал он. Там находится Круг Памяти, и именно там народ земли решит, примет ли он тебя.
Чем глубже они спускались в каньон, тем яснее становились шёпоты. Теперь это были не просто звуки, а фразы, словно отголоски давно ушедших голосов. Людмила шла медленнее, пытаясь уловить смысл этих слов, но они тонули в тягучем гуле, как волны в шторм.
Вдруг она остановилась. Её взгляд зацепился за гладкую каменную плиту, чуть возвышающуюся над остальными. В солнечном свете на её поверхности проступил слабый рисунок, будто камень сам захотел показать что-то. Людмила протянула руку, коснулась тёплой поверхности, и мир вокруг потускнел.
Перед её глазами промелькнули картины разрушенного города. Огромные здания, когда-то сиявшие светом, теперь лежали в руинах. Пыль, огонь и крики слились в хаотичную какофонию. На фоне этого хаоса стояли люди в одеждах из каменной ткани, их лица были полны ужаса.
Шёпот каньона стал громче, словно сотни голосов говорили сразу:
«Они пришли с неба… Мы не успели… Земля не смогла защитить…»
Людмила резко отпрянула, сердце билось как сумасшедшее.
— Кайлар! Я видела… город! Он был… уничтожен!
Кайлар мгновенно оказался рядом, положил руку на её спину.
— Камни показали тебе память. Земля хранит все трагедии Элары — от самых первых войн до падений королевств. Ты видела прошлое народа земли.
— Они говорили… "они пришли с неба". Что это значит?
Кайлар сжал губы.
— Есть старая легенда о том, что однажды стихии воевали между собой, и народ ветра пытался взять власть над всеми. Тогда земля и вода восстали, но цена была ужасной. Возможно, ты увидела один из тех дней.
Людмила огляделась, и вдруг заметила, что каждая скала вокруг покрыта следами — будто отпечатками лиц, рук, даже глаз. При каждом её взгляде эти отпечатки казались живыми, будто камни дышат.