Они продвигались вперёд по узкому каменному пути, когда воздух начал пахнуть гарью. Вскоре дорога вывела их на небольшую площадку, окружённую скалами, где всё было обуглено и испещрено странными символами, выжженными прямо в камне.
Людмила остановилась и прижала к груди кристалл гармонии — от этих знаков шёл холодный, тягучий страх, хотя вокруг всё ещё бушевал жар Пепельного ущелья.
— Что это? спросила она, показывая на чёрные узоры.
Кайлар склонился над одним из символов, провёл по нему рукой и нахмурился.
— Это печати разлома. Их использует лишь один род магов те, кто черпает силу из эмоций и жертв.
— Ты знаешь, кто оставил это?
Кайлар медленно выпрямился, его взгляд стал жёстким.
— Да. Это тот самый маг, что был в саду. Я узнаю его почерк.
Маг земли, Дарион, оглядел лагерь.
— Здесь были дети. Смотри маленькие следы в пепле.
Аделина, маг воды, присела на колени и коснулась ладонью земли, вызывая тонкую плёнку влаги, чтобы «прочитать» следы. Её глаза на миг затуманились.
— Они были здесь вчера. С ними… что-то делали. Я чувствую их присутсвие.
Людмила ощутила, как внутри её поднимается гнев, смешанный с жалостью.
— Он использует их для ритуалов?
Кайлар кивнул.
— Да. Он ищет способ украсть их искры. Если он добьётся успеха, его сила будет разрушительной.
Людмила сжала амулет Шал’те, и он снова загорелся алым светом.
— Он недалеко. Я это чувствую.
Кайлар посмотрел на неё с тревогой.
— Ты уверена?
— Да. Огонь Шал’те показывает мне его след.
Риэл, маг огня, поднял взгляд на тёмный проход, уходящий глубже в ущелье.
— Там впереди его логово. Но будь осторожна, Людмила. Такие маги не сражаются честно. Они ставят ловушки не только для тела, но и для разума.
Людмила шагнула вперёд, сжимая кристалл и амулет, и тихо произнесла:
— Мы не остановимся, пока не вернём этих детей.
Кайлар встал рядом, его взгляд горел решимостью.
— И мы идём с тобой.
Путь сужался, и скалы вокруг становились выше, словно сомкнутые челюсти древнего зверя. Ветер здесь почти не чувствовался, только жар и редкий запах гари. Вдруг Людмила остановилась — что-то странное раздалось в глубине ущелья.
Сначала она подумала, что это ветер, но прислушавшись, различила тонкие, дрожащие голоса.
— Кайлар… ты слышишь? — прошептала она.
Он остановился и напрягся, но покачал головой.
— Я слышу только пепел, шуршащий по склонам. Что ты чувствуешь?
Людмила сжала кристалл гармонии, и тогда звуки стали яснее:
Детский плач, смешанный с нервным смехом.
Шёпот, похожий на треск костра.
Слова, едва различимые, как будто сам огонь говорил с ней:
«Иди… ближе… спаси их, если сможешь…»
— Это он, — уверенно сказала Людмила. — Огонь ведёт меня. Дети… они зовут.
Магесса воды Аделина нахмурилась.
— Ты уверена, что это не ловушка? Звуки могут быть иллюзией.
— Нет, это не иллюзия, твёрдо ответила Людмила. — Амулет Шал’те горит… он знает, что мы близко.
Она показала им амулет: алый камень светился ярче, чем раньше, словно внутри него зажглось пламя, указывая путь.
Они шли ещё несколько минут, пока не вышли к узкой расщелине, откуда доносились голоса. Внутри темнел проход, похожий на пасть, а воздух был пропитан магией, липкой и тяжёлой, словно дым.
— Там его логово, сказал Кайлар, глядя на трещину в скалах. Но он точно подготовился. Мы войдём и всё начнётся.
Людмила глубоко вдохнула, стараясь удержать страх.
— Мы должны идти. Я не оставлю этих детей.
Вдруг шёпот усилился. Она услышала, как огонь будто засмеялся и прошептал прямо ей в сознание:
«Не бойся, девочка с сердцем… Я помогу тебе, если ты услышишь меня.»
Людмила сжала кристалл гармонии и почувствовала, как четыре стихии внутри откликнулись на этот зов. Она знала — пора действовать.
Конец ознакомительного фрагмента