Людмила проснулась от ощущения тепла на лице. Солнечные лучи мягко пробивались сквозь магическое окно, играя на прозрачном покрывале золотыми бликами. Ей показалось, что комната дышит вместе с ней — стены будто отзываются на её дыхание едва заметным пульсом света.
Она медленно открыла глаза. Всё вокруг было не таким, как вчера — будто за ночь краски мира стали глубже. Каменные узоры на полу светились тонкой паутиной золотых линий, а воздух был свежий, пахнущий травами и чем-то медовым.
Людмила потянулась, и вдруг почувствовала чей-то взгляд. Она резко села на кровати.
У окна, полукрытого светом, стоял он. Маг с янтарными глазами. Его силуэт был чётко очерчен лучами утреннего солнца, от чего волосы цвета стали сверкали холодным блеском. Он не произнёс ни слова, просто наблюдал за ней, словно оценивая что-то невидимое — её силу или решимость.
— Вы… здесь давно? спросила она, чувствуя, как голос звучит хрипло после сна.
— С самого рассвета. Его голос был спокоен, но в нём слышалась скрытая мягкость. Ты спала неспокойно. Мир ещё не привык к тебе… и ты — к нему.
Людмила замялась, поправляя тонкое покрывало.
— Вы… следили за мной, пока я спала?
Он чуть склонил голову, и уголки его губ дрогнули, словно от тени улыбки.
— Я охранял. Это не одно и то же.
Она почувствовала, как щёки слегка вспыхнули. В его словах не было флирта, но ощущение его внимания было таким плотным, что от него невозможно было отмахнуться.
— Зачем? тихо спросила она.
— Потому что твоё сердце как пламя на ветру. Если его не укрыть, оно погаснет… или сожжёт всё вокруг.
Он подошёл ближе, и солнечный свет за его спиной окрасил его взгляд в тёплое золото.
— Сегодня я покажу тебе этот мир, Людмила. И ты сама решишь, останешься ли здесь. Но сначала — научись слышать его.
Людмила сглотнула, чувствуя, как её сердце начинает стучать быстрее.
— Охраняли? переспросила Людмила, чувствуя, как в груди поднимается раздражение. А кто вообще спрашивал, нужно ли мне, чтобы за мной следили, пока я сплю?
Маг замер у окна. Его янтарные глаза чуть сузились, но в них не было гнева — лишь спокойное, настороженное внимание.
— Ты в чужом мире. Здесь опасно, и я отвечаю за твою жизнь.
— Моя жизнь — это моё дело, — резко сказала Людмила. Она сама удивилась, сколько твёрдости прозвучало в её голосе. — Я хочу хотя бы умыться… спокойно, без того, что кто-то будет стоять и смотреть на меня, словно я какая-то…
— Слабая? мягко подсказал он.
— Нет. Словно я не человек, а твой объект наблюдения.
Повисла пауза. Маг медленно повернулся к ней, и на его лице отразилось что-то похожее на уважение.
— Хорошо. Он слегка склонил голову. Я выйду. Но не потому, что ты мне приказываешь, а потому, что ты права.
Он направился к двери. Уже взявшись за ручку, добавил:
— В соседней комнате вода. Ты почувствуешь её сама, она отзовётся.
— И одежда? бросила она ему в спину.
Он обернулся, и уголки его губ едва заметно дрогнули.
— Тебе не понравится местная одежда. Наша одежда слушается того, кто её носит. Но я распоряжусь, чтобы тебе принесли что-то удобное.
Когда дверь закрылась, Людмила выдохнула. Она почувствовала, что до сих пор держала себя в напряжении, будто боролась не с ним, а с собой.
Какой-то он… слишком уверенный. Но я не вещь, чтобы за мной наблюдали, пока я сплю.
Она поднялась с кровати, подошла к столу, где стоял кувшин, и коснулась воды. Та дрогнула и засияла изнутри, словно приветствуя её.
— Вот тебе и «мир без случайностей»… пробормотала Людмила.
Лёгкий стук в дверь заставил Людмилу вздрогнуть. Она быстро накинула покрывало на плечи. Дверь слегка приоткрылась, и внутрь вошла высокая девушка с длинными светлыми волосами, собранными в тугую косу. На ней была необычная одежда, словно ткань из тончайшего шёлка, но переливающаяся, как жидкий свет.
— Вам передали одежду, пришлая, — сказала девушка, ставя на стул свёрток. Её голос был ровным, но глаза с интересом скользнули по Людмиле. — Она подберёт форму сама. Не сопротивляйтесь — иначе она будет неудобной.
— Что значит — «сама»? — Людмила нахмурилась, развернула свёрток и замерла. Ткань действительно выглядела странно — будто живая. Полупрозрачная, с мягким перламутровым отливом, она слегка колыхалась, словно дышала.
— Одежда слушает сердце, добавила девушка. Удачи на сегодня, пришлая.