— Это в котором?
— Их что, много? — возмущенно спросил Ли.
— Ладно. Не так выразилась… какой именно замок ты считаешь владением Дракулы?
— Не знаю, — Ли задумался, оглядывая место, где они спрятались на ночёвку. Выдержав паузу, он продолжил: — Ну наверняка он большой, с высокими башнями и неприступной стеной вокруг — обязательно каменной. Другой материал вечных сражений и дележки территории не выдержал бы. Он должен внушать страх, разве нет? — Ли не дал времени на ответ Эми и сразу добавил: — Еще пики и кровавые реки…
— Что-что? Пики и кровавые реки? — уточнила Эми: вдруг она совсем не то услышала? — Нет! — тут же возмутилась, хватаясь за голову. — Это все туристические уловки, для привлечения внимания.
— Что, и зеркала? — наигранно, с ноткой разочарования, уточнил Ли.
— И чеснок, — Эми не сдержала смешок.
— Тогда у вас неинтересно, — Ли плавными движения перескочил на другую ветку, аккуратно сел напротив так, чтобы не потревожить ее обитателей. — Что тебе снилось?
Эми покачала головой и задумалась.
«То, от чего бегу и прячусь. Не оборачиваюсь и к чему не возвращаюсь… даже не вспоминаю. А оно все равно гложет изнутри и болит. Запутывает мысли и сводит с ума… Где-то по земле ходит часть меня. Я его кровь и плоть. Но он больше не властен надо мной. Я обрела семью. Друзей. Я больше не боюсь. Я больше не та маленькая девочка, запертая в холодной и темной комнате. Теперь он сам по себе. Пусть слоняется, одинокий и обиженный, пусть выпускает свою злость на мусорном баке. И живет так как хочет. Со временем и во снах он перестанет приходить, и мучить меня…»
— Все это странно… очень.
— Расскажи.
— Мне редко снятся сны. Я плохо сплю. А тут стоит закрыть глаза… и все такое яркое. Мои воспоминания. О некоторых я совсем забыла. Говорю же, странно все это.
Ли, терпеливо подперев голову кулаком, ждал продолжения.
— Моя голова… она будто оркестровая яма, в которой одновременно играют все инструменты, при этом не имея партитуры. Да что там! Эта какофония вообще никакой логике не поддается. Все сразу и одновременно, — Эми повела большим пальцем левой руки по внутренней части ладони правой. — Я вижу сны — будто вспоминаю события, которые никогда со мной не происходили. Или происходили, а я совсем забыла. Или происходили, но совсем не так как я их вспоминаю во сне. Все время слышу голоса, диалоги… ощущаю то, чего никогда раньше не чувствовала. И эта мелодия…. Я точно слышу… его… — Эми потерла шею. — Я слышу голос. С того момента, когда я очнулась в пещере. Я все думала, предполагала и строила теории. И напрашивается только один вывод…
Их глаза встретились и Эми прошептала:
— Я что, схожу с ума?
— Нет, — легко констатировал Ли, поднимая взгляд на темно-синее небо.
«Он уже был готов к вопросу?»
— У тебя просто галлюцинации.
— С чего ты взял?
— Ты говорила, что индейцы тебе что-то дали.
— Да.
— Помнишь, какое оно было на вкус?
— Нет.
— Там были ростки? Может быть что-то похожее на стручки гороха или фасоли? — Эми нахмурилась. — Были или не были?
— Да не помню я, — Эми потерла переносицу. — Кажется, да.
— Ну вот.
— Что «ну вот»?
— У тебя галлюцинации.
— Ты знаешь, что они дали нам?
— Знаю.
— Расскажешь, как жить с этим чувством?
— Просто расслабься. Звучит ужасно, но противоядия от этого нет. Со временем отвар просто перестанет действовать. Главное не сопротивляйся. То, что ты видишь во снах. Плыви по этим воспоминаниям. Не задавай вопросы. Иначе будет только хуже. Просто подожди.
— Это какой-то дурной сон, — неслышно шептала Эми, — все это нереально. Все это сон. Сон. Сон, — будто в трансе повторяла она.
До самого рассвета она так и не сомкнула глаз.
— Больно, — прошипела Эми, пока Ли отвязывал ее ноги.
— Главное, держись. Падать будет еще больнее. — Ли быстро справился с веревками. — Встать сможешь?