[5] Хуан Франсиско Веласко Альвара́до (1910 —1977) — перуанский военный и политический деятель левого толка. Возглавлял Перу в 1968—1975 годах в качестве президента революционной хунты.
[6] Франсиско Моралес Бермудес Серрутти (1921 — 2022) — перуанский военный и политический деятель. После военного переворота и смещения президента Веласко Альварадо возглавлял Перу с 1975 по 1980 год.
[7] Любой из вариантов приемлем. Так как слово «омбре» переводится одновременно как «мужчина» и как «человек».
Глава 9. Аталая, Провинция Аталая, регион Укаяли, Перу
Самолет нещадно трясло. Он издавал протяжный скрип и часто кренился на одну сторону. Грегор вжался ладонями в ручки кресла так, что костяшки побелели. Он закрыл глаза и сосредоточился на образе: Эми в его рубашке и потертых джинсах, рядом с ним. На душе стало тепло. Но как только в очередной раз самолет тряхнуло — образ исчез. На соседнем кресле Нику криво улыбался. А впереди Хорхе неотрывно смотрел в иллюминатор.
Делая вдох, Грегор чувствовал кислый и соленый пот. Кондиционер не работал. Другие пассажиры хохотали и громко разговаривали. Друзья неловко переглянулись.
Грегор посмотрел в иллюминатор. Солнце было в зените. На небе ни облачка. Вдалеке виднелись несколько улиц. Среди плотно высаженных деревьев, кустарников и сгоревших на солнце пальм, прорезались покосившиеся крыши домов.
«Проклятье какое-то», — выругался он про себя.
В динамиках зашипел голос: сквозь скрежет и помехи пилот оповестил о посадке. Со скрежетом и не с первого раза шасси соприкоснулись с землей, поднимая большой столб пыли.
— Слава богам, — на румынском выпалил Грегор.
Он собрал руки в молитве. И обратил внимание, что впереди несколько пассажиров захлопали.
— Да уж, — ухмыльнулся Нику. — То, что мы в целости и сохранности прилетели, — настоящее чудо. Больше никаких самолетов? — обратился он к Хорхе, что сидел перед ним.
— Нет. Только лодка.
— Аквафобией не страдаешь? — уточнил Нику у Грегора.
— Нет. А ты?
Нику поерзал в кресле и ответил:
— Сейчас узнаем.
Пассажиры по очереди забрали багаж с верхних полок и вышли по приставной лестнице из самолета. В нос ударил раскаленный воздух. Песчинки потревоженного самолетом песка летели прямо в глаза, нос, уши…
«Рот стоит держать закрытым», — огрызался Грегор внутри себя. Он, щурясь и прикрываясь ладонью, искал своего друга и проводника. Те стояли в стороне, у носа самолета. А цепочка из людей — пассажиры, что летели с ними, — ушли вперед по дороге, громко разговаривая друг в другом.
Подойдя ближе к Нику, Грегор услышал обрывки фраз на английском:
— То есть как пешком? — возмутился друг.
— В чем дело?
— Хорхе, друг мой, — Нику положил руку на плечо проводнику, растянул улыбку и продолжил: — так дела совсем не пойдут. И не поедут! О таких вещах говорят заранее.
— В чем дело? — настойчивее повторил Грегор.
— Он, — Нику бросил на Хорхе злобный взгляд, — говорит, что мы должны пойти пешком.
— Куда? В город?
— Да мы уже в городе. Но нам надо к реке. А он, — Нику снова зыркнул в сторону Хорхе, — говорит, что мы не можем туда поехать. — Предугадывая следующий вопрос Грегора, Нику набрал побольше воздуха в легкие и продолжил: — Потому что сегодня какой-то важный праздник. Практически никто в городе не работает. И такси в том числе.
— Им совсем деньги не нужны?
Друзья посмотрели на Хорхе. Он устало топтался на месте. Не зная куда деть руки: то в карманах подержит, то похлопает, то в бока упрет.
— Мы должны добраться до Пойени.
Нику втянул горячий воздух и чуть не поперхнулся. Потом пожал плечами и подтолкнул Хорхе вперед.
— Значит, идем.
За поворотом они увидели баннер с едким зеленым фоном и белыми буквами «АТАЛАЯ», а ниже буквами поменьше было написано «Добро пожаловать!» на испанском языке.
Грегор и Нику шли с рюкзаками на плечах по песчаной узкой дороге. Они тяжело дышали. Раскаленный воздух обжигал гортань. Одежда быстро пропиталась по́том. Ботинки шаркали по земле.
— Пить хочу, — простонал Нику. Грегор только угрюмо ответил: «Угу».