«Ничего?»
Эми уже развернулась и сделала несколько шагов вперед. Но вдруг остановилась, почувствовав на себе чей-то взгляд. Тошнота и предобморочное состояние заставили Эми пошатнутся. Она сделала еще один крошечный шаг.
Внутри, возникла навязчивая мысль: «Обернись».
Еще один шаг вперед.
— Обернись, — эхом пронеслось рядом. И Эми послушалась.
Нечто. Бесформенное. Из веток, палок и грязи, с длинными руками и пальцами, нависло над ней. Эми увидела очертания лица. И глаза. Темные-темные. В них что-то блеснуло. Слезы.
— Ли, — еле слышно произнесла Эми.
Она заплакала, тихо-тихо продолжая смотреть будто в пустые глаза Ли. Он им больше не являлся. Ли стал тем, кого все боятся потревожить в тропическом лесу. Он стал тем, кому сопротивлялся и избегал многие годы. Теперь он и есть лес. Его душа.
— Прости.
Медленно он протянул к лицу девушки одну руку, точнее пучок из веток. Слегка коснулся ее щеки. Она почувствовала только холодок. Эми вздрогнула, но не отстранилась. Ли приблизился к ней. Будто хотел поцеловать в лоб. Но из джунглей донесся вой аборигенов. А после клич: протяжный и злобный. Эми дернулась. Ли посмотрел ей за спину, туда, где находилась деревня — Пойени.
Эми показалось, что Ли разглядывает ее. Запоминает. Он будто кивнул ей, вновь указывая путь. Эми, не поворачиваясь спиной к Ли, сделала несколько шагов назад. Он не отрывал от нее взгляд. Потом Ли поднял руку и раскрыл ладонь. Из нее проросли тоненькие веточки, раскрылись побеги, показались цветы. Бледные и мелкие. Ветерок сорвал бутоны и устремил их к Эми.
Девушка проследила за опавшими лепестками. Тоненькой дорожкой они указывали путь домой.
Эми приложила ладонь к сердцу и прошептала:
— Прощай.
Она развернулась и уверенно рванула по джунглям. Не оглядываясь. Не останавливаясь. Считала три шага за один. Перебирала ногами против боли и судорог. Быстрее. Еще быстрее. Ветки деревьев и кустарников били ее по коже, как кнут, оставляя следы и болезненные раны. По коже сочилась кровь. А за спиной послышались крики. Эми не останавливалась.
«Быстрее! Еще быстрее! Еще чуть-чуть», — уговаривала она себя и свое тело.
Будто в прыжке она пересекла финишную прямую. И покатилась по склону вниз. Упала на влажную землю, как великий спортсмен, добившись цели со слезами не то радости, не то разочарования. Она перекатилась на спину. Зубы отбивали чечетку. Ноги тряслись в конвульсиях. Холод пробрал до самых костей. Слезы сами покатились по щекам, умывая лицо Эми. В глазах вдруг потемнело.
Она все повторяла: «Дани. Урубамба. Аталая».
__
[1] Parastasu mati (Парастасу мати) с румынского «Твою ж мать
ЧАСТЬ 5. Пойени. Провинция Сатипо, регион Хунин, Перу
Смеркалось. Узкая лодка медленно двигалась близ правого берега Тамбо. На носу сидел Хорхе. В центральной части — Грегор, за ним — Нику. Трое всю дорогу боролись со сном: хлопали по щекам, массировали запястье, иногда разговаривали.
— О чем думаешь? — спросил Нику.
— Если скажу вслух, то накличу беду. Давай просто помолчим.
Нику потер затылок и чуть откинулся на сиденье. Лодка качнулась. Вдалеке виднелись деревянные сваи и узкая тропинка, идущая вверх от реки.
— Порте Пойени, — указал рукой Хорхе.
— Это и есть деревня? — уточнил Нику. Он сощурился. Вдоль реки были густо усажены деревья. А вокруг — ни души.
— Но. Но. Пойени там, más alto.
— Выше. Я понял.
Через несколько метров Хорхе скомандовал, и Нику вместе с Грегором спрыгнули в воду. По левому берегу было мелководье. Лодку пришлось тащить. Трое рывками вытянули лодку на каменистый берег. Хорхе вытер рукавом майки пот со лба. Чуть поморщился и, повернувшись к попутчикам, растянул улыбку.
— Нам туда, — он указал наверх.
Нику и Грегор последовали за ним. Поднявшись по узкой скрипучей деревянной лестнице, они увидели перед собой две полуразвалившиеся хижины.
— Это все? Где люди? — Грегор нарушил тишину.