— Лет пятьдесят назад в джунглях пропал турист. Ох, громкая была история. Парня этого искали. Но нашли только ошметки от его рюкзака. Сестра его все деревни объездила. По горам скакала. Никто ничего не нашел.
— Сестра? — ошарашено переспросила Эми. — Сестра жива?
— Да, — задумчиво протянула бабушка Аль. — Странное имя у нее было…
— Джеральдина, — прошептала Эми.
— Точно.
Нику и Грегор переглянулись. А Иван поерзал на месте, внимательно вслушиваясь в разговор.
— Эта… Херальдина…
«Местные не могли выговорить ее имя. Звука «дж» в испанском языке не существует…» — пронеслось в голове Эми. Девушка покашляла, чувствуя ком в горле. Бабушка Аль смерила ее взглядом и продолжила:
— Херальдина говорила, что на них напали другие люди. Аборигены. На телевидении выступала. Несколько лет жила в Куско. Все искала и искала. Но с годами все стихло.
— Что потом?
— Много позже власти объявили о том, что на парня напали хищники, и прекратили поиски. Потом в деревнях шептались, что там, в джунглях, совершалось ритуальное убийство или даже жертвоприношение. Вот и стали поговаривать, что этот парень и стал тем самым… Эль Тунчи. Человек, умерший мучительной смертью в джунглях. Он стал озлобленным демоном, духом джунглей. В этих краях часто слышат, как кто-то насвистывает мелодию.
Бабушка Аль вздохнула. Она помолчала, оглядывая столпотворение в ее доме. Вдруг она схватила Эми за руку, приблизилась и спросила:
— Ты ведь слышишь его? Слышишь, как он зовет тебя? Он хочет вернуть тебя…
— Нет-нет, — залепетала Эми. — Он отпустил меня. Он хотел, чтобы я вернулась домой.
— Теперь вы связаны. Он навсегда останется с тобой. — Бабушка Аль дотронулась до щеки Эми. — Он будет звать и ждать тебя… вечность.
— Нет.
Эми подпрыгнула и попятилась. Она споткнулась, и ее забинтованные пальцы пронзила боль. Девушка скривилась и пошатнулась. Грегор потянулся к ней, но не успел задержать ее. Эми отмахнулась от Грегора, толкнула Нику и, спотыкаясь, выбежала из домика.
— Так и знал, что найду вас здесь.
Эми не повернулась. Она сразу узнала Ивана и его аргентинский акцент. Вдалеке над вершинами гор проявилась красноватая полоска.
— Вы всю ночь тут просидели?
Иван перепрыгнул через забор и оглядел девушку. В руках Эми покоилась голова Наны. Альпака будто села к ней на колени и уснула, пока Эми ее поглаживала. Рядом лежала сетка, набитая свежей морковью. Иван не решался подойти. Он сжал челюсть и с трудом сглотнул ком в горле.
— Нана не захотела гулять, — вдруг проговорила Эми. Она смотрела в одну точку прямо перед собой и, казалось, что девушка не моргает. Смиренно ждет прихода утра. — Поэтому мы остались здесь.
Иван почесал затылок и сделал несколько шагов к Эми.
— Нана не пошла гулять. Она устала!
— Я понял, — тихо ответил Иван. Он осторожно сел рядом с девушкой и протянул руку к альпаке.
— И вы не тревожьте ее.
— Эми?
Девушка обхватила альпаку руками, как бы пряча ее, и отвернулась.
— Нет, вы не понимаете. Она всегда слушала меня. Вот так приложив голову. Согревала, когда было холодно. И прыгала, когда хотела развеселить. А сейчас… она устала. Иван, Нана должна отдохнуть.
— Я понимаю. Но вас все ищут. Вы не можете сидеть с Наной до конца… — Иван осекся, видя, как Эми зарылась носом в шерсть альпаки. — Я отведу вас. — Иван положил руки на голову альпаке. — Я возьму Нану, хорошо?
Эми сопротивлялась, а Иван, как только почувствовал альпаку в своих руках, все больше напирал:
— Отпустите ее…
— Нет.
— Все будет хорошо. — Девушка подняла взгляд на Ивана. Брови ее были сведены у переносицы, губы дрожали. Вот-вот — и она завоет. Но девушка вцепилась в Нану и качала головой. — Отпустите… Эми! Она умерла. — Иван кивнул и повторил: — Нана умерла.
И тут девушка что-то залепетала себе под нос, потом прижалась к шерстяной макушке и зарыдала.
— Эми, ее время пришло.
— Нана забрала мою боль… Это значит, что я убила ее?
— Нет. Что вы? Нана прожила хорошую жизнь для альпаки. Ей больше не больно. А теперь, отдайте ее мне. — Эми отстранилась. — Спокойно. Все хорошо. Просто позвольте взять ее.