— Нет! Она просидела со мной и просто устала меня слушать. С ней все хорошо, Нана сейчас откроет глаза. Видели какие у нее умные глаза? — Иван кивнул и почувствовал, как глаза застилает пелена. — Умные… Она все понимала, а я ее убила.
— Вы должны отпустить ее. Позвольте мне…
— Иван, она так исхудала, а мы и не заметили. Как же так?
— Я должен забрать ее, сеньорита Эми. Отпустите. Не терзайте ее душу.
Эми посмотрела на мордочку будто спящей Наны. Белая кудрявая шерстка в лучах рассвета будто горела, пышные ресницы не дрожали, альпака не дышала. Девушка с большей силой завыла. Она всхлипнула, вновь погладила мордочку и расцепила руки. Эми позволила Ивану забрать Нану из ее рук. Он перенес альпаку за пределы общего загона и вернулся к девушке. Та обхватила руками свои колени и продолжала рыдать, покачиваясь из стороны в сторону. Он положил руку ей на плечо. Эми наклонилась, давая разрешение Ивану ее обнять.
— Поплачьте. Но запомните, вы не виноваты в том, что с вами произошло там, — Иван кивнул в сторону джунглей. — Вы выбрались. И спасли Дани. Вы герой! А это просто деревенские россказни. Суеверия. Они не имеют значения.
Эми шмыгнула, освободилась от объятий и проговорила:
— Иван?
— Да.
— Тогда почему остальные альпаки жмутся в дальнем углу?
Иван поднял взгляд, ища остальных альпак. В дальнем углу загоны, испуганные, сбившиеся в кучу альпаки с черными круглыми глазами старались как можно дальше держаться от Эми. Одни бросались на забор и мычали, другие просовывали головы через щели в ограждении и жалобно вопили. Альпаки явно просили выпустить их.
— Ты каждый раз чувствуешь себя обязанным объяснить свои поступки, как будто ты — единственный на всей земле, кто живет неправильно[7], — тихо произнес Иван.
— Я тоже читала…
— Вам пора домой, сеньорита Эми. Лодка ждет.
Иван помог девушке подняться. Они вышли из загона. Эми бросила короткий взгляд на густые джунгли вдалеке. Она видела, как легко покачиваются ветки на ветру. И точно ощущала чей-то пристальный взгляд.
— Я еду домой, — громко заявила Эми. Она будто говорила это для кого-то в этом лесу. Тому, кто внимательно наблюдает за ней. Эми не знала будет ли он помнить ее. Остается ли в Эль Тунчи что-то человеческое? Что-то от самого Ли. — Спасибо.
— Берегите себя, сеньорита Эми. — Иван потянулся к ней для объятий. Она ответила и прошептала:
— Спасибо за все, Иван.
— Однажды, сочтемся, — недолго думая, ответил мужчина, крепче обнимая девушку.
Эми кивнула и отстранилась. Она, как ржавая и покосившаяся марионетка, поковыляла вперед. К берегу, к лодке, еще на один шаг ближе к дому.
Она вдруг остановилась и обернулась. Смотря на джунгли, Эми подняла правую руку, раздвинула пальцы и прошептала:
— Прощай.
__
[1] Извините! (исп.)
[2] Tanta Wawa (Танта Вава)- традиционный сладкий хлеб для живых, и приношение для мертвых. Его готовят из пшеничной муки, цветных конфет и других конфет, чтобы украсить и сформировать кекс.
[3] с кечуа «достойная быть любимой»
[4] Подразумевается Роуп-джампинг — экстремальный вид спорта, прыжок с высоты, при котором спортсмен привязан к тросу или верёвке. Основателем роупджампинга считается американский скалолаз Дэниел Юджин Осман (Дэн Осман).
[5] Прекратите, остановитесь (кечуа)
[6] Михай Эминеску (1850–1889) — самый известный румынский поэт, классик румынской литературы.
[7] Цитата из книги Карлоса Кастанеды «Путешествие в Икстлан»
Часть 6. Лима, Перу
— Мы на Плаза де Армас де Лима, — объяснила Эми, указывая вперед. — Это место, где основали город. Очень важное для перуанцев историческое место. Вон там Дворец правительства или как его называют еще Дом Писарро, что является официальной резиденцией президента Перу.
— То есть, он может в любой момент выйти на балкон и помахать нам ручкой, потягивая при этом чашечку кофе? — со скепсисом спросил Грегор, тыкая пальцем в сторону дворца.
— Вроде того. — Эми расплылась в улыбке. — И не делай так больше, — она взяла его руку и медленно опустила, пряча указательный палец, — прохожие примут это за личное оскорбление.