• Но вот что он нашёл: старую статью, датированную 2003 годом. Программа «Чистый Город». В списке объектов — экспериментальный мусороперерабатывающий комплекс №12, к западу от города, на месте бывшей военной базы.
Он понял: “завод” — это прикрытие.
Рядом с тем местом — зона, куда не допускают гражданских. Никакой переработки там давно не ведут, но охрана работает круглосуточно. Местные обходят это место стороной.
«Здесь что-то не так. Слишком чисто. Слишком тихо.»
Роман выехал туда со своим другом на попутке. Шофёр, морщась, сказал:
— Я туда никого не вожу. Там мертвая зона. Десять лет назад машины туда ещё заезжали, теперь — пусто. Только ворота, и запах… химии.
⸻
Тем временем. ЛАБОРАТОРИЯ.
— Объект 12 вышел за пределы нормального восприятия, — говорит один из техников. Его голос ровный, как у лифта. — Она передаёт образы. В снах. Уровень сознания нестабилен. Сопротивляется через подсознание.
— Какого чёрта она вообще пробила барьер? — начальник сектора нервно жмёт пальцами переносицу. — У неё активирована лишь начальная стадия. Кто он, с кем она связана?
— Мы ищем. Но пока… не можем отследить. Связь односторонняя.
Они поворачиваются к Алисе. Она в кресле. Подключена к устройству. Экран показывает резкие образы: мужчина, улицы, старый дом, тетрадь, логотип Neuraxis.
— Она передаёт ему координаты.
— Вырубить. Немедленно.
Разряд. Тело Алисы вздрагивает. Аппарат выключен. Но в её мозгу уже отпечаталась связь.
И в глубине себя, несмотря на боль, она улыбается. Потому что знает:
Он уже рядом.
.
Глава 5. Кровь
— Ты хоть понимаешь, что мы делаем? — пробормотал Макс, запихивая кусачки в карман и нервно оглядываясь. — Это ж типа диверсия. Или терроризм. Я, между прочим, вообще-то за экологию!
— Макс, не смешно, — тихо сказал Роман. — Там внутри… не завод. Там держат людей.
— Ну да. И ты это узнал… во сне. Брат, я тебя уважаю, но ты спятил. Хотя, признаю, атмосфера тут как в фильмах — «Обитель зла» какая-нибудь. Только без Миллы Йовович.
Сетка поддалась с лёгким щелчком. Они пролезли в дыру и оказались по ту сторону периметра. Вокруг — старые трубы, заброшенные контейнеры, вонь химии. Вдалеке маячили корпуса завода.
Хлопок. Один. Резкий.
Макс рухнул, как мешок, с дыркой в глазу. Брызги крови ударили Роману в лицо. Он даже не сразу понял — слишком быстро. Только потом — шок. Хрип. Тело дернулось и затихло.
— МАКС?!
Он обернулся. Слева, в тени — двое мужчин с пистолетами. Не форма — костюмы, но повязки — типа полиции. Один из них шагнул вперёд и прицелился.
— ЛОЖИСЬ!
Роман метнулся к сетке. Сквозь кровь и панику нашёл дыру, проскользнул обратно. Пули свистели где-то рядом, но он не оборачивался. Бежал. Без воздуха, без мыслей.
Он влетел в старый гараж с ржавой дверью, ударил по ней ногой и втиснулся внутрь. Пахло гнилью и бензином. Там он сел на пол, весь дрожал. В ушах стучало только одно:
«Макс…»
⸻
Глава 6. Псы
— Зачем ты это сделал?! — голос молодого, худого полицейского дрожал. — Он даже не сопротивлялся!
— Он пересёк черту, — спокойно ответил второй, плотный, с щетиной и хищным взглядом. — Нам сказали — не пускать никого.
— Ты убил его выстрелом в голову, чёрт побери!
— Хочешь сам туда попасть? Или может, позвонишь начальству и скажешь, что вдруг стал святым?
— Он был обычным парнем…
— Ты, блядь, слабак, вот кто ты. Жалкий нюня. Ты думал, что нам платят такие деньги за охрану мусора?
Молчание.
— Мы с тобой не спасатели. Мы псы. И если мы не кусаем, нас убивают первыми.
Они прошли вдоль забора. Следов Романа уже не было. Один из них пнул камень со злостью.
— Упустили.
Позже, ночью, они закопали тело Макса в овраге за заводом. Скинули его фургон в карьер. Всё должно было выглядеть как несчастный случай. Как всегда.
— Если начальство узнает, что парень выжил… — начал младший.
— Значит, найдём его и добьём.
.
Глава 7. Доктор Грей
— Как ты себя чувствуешь сегодня, двенадцатая? — голос был мягкий, как бархат. Липкий, как сироп.
Алиса подняла глаза. Перед ней стоял старик в белом халате. Волосы цвета снега. Очки с тонкой оправой. Его лицо — как мрамор. Никаких эмоций. Только улыбка, натянутая, будто маска.
— Ты ведь не голодна? — продолжил он. — Мы заботимся о тебе. Ты для нас очень ценна.