Полковник, раненный, но стоящий на ногах, заорал в лицо прибывшему офицеру:
— Вот как у нас работает система, да?! Мы час держались! Где вы, черт вас побери, были?!
Офицер ничего не ответил.
Всю территорию отцепили.
Медики осматривали выживших.
Спецслужбы начали расследование.
Алису, Романа, Сергея и Полковника увезли на допрос.
— Кто эти люди? — спрашивали следователи. — Кто устроил этот ад?
— Они называют себя корпорацией, — отвечал полковник. —
Но на самом деле… они звери. С деньгами, связями и жаждой власти.
.
Глава 18. Тишина перед бурей
Их отпустили — временно.
Пока шло следствие, никаких официальных обвинений не выдвинуто.
Полковник — в отпуске по состоянию здоровья, но все понимали: это отстранение.
Сергей — держался особняком. Помогал чем мог, оставался на связи, но жил отдельно.
Он слишком много потерял, чтобы жить по-прежнему.
Алиса и Роман — начали жить впервые по-настоящему.
Они сняли скромную квартиру на окраине города.
Роман показывал ей мир, которого она не знала:
мороженое, качели в парке, уличные музыканты, дети, которые смеются без причин.
— Вот так выглядит свобода, — говорил он, когда они сидели на скамейке с мороженым в руках.
Алиса смотрела на небо, как будто видела его впервые.
Вечером — кино, плед, пицца.
Она засмеялась в голос, когда впервые попробовала острое.
— Ты ешь это добровольно? — спросила она, вытирая слезы от остроты.
— Добровольно и с любовью, — ответил он, смеясь.
Они сидели вдвоем, укутавшись, пока на экране шёл фильм.
Но в какой-то момент Алиса вздрагивает.
— Эй… эй… ты как?
— Всё хорошо. Просто… вспомнила лабораторию.
Он взял её за руки.
— Всё позади. Слышишь? Всё будет хорошо.
Они смотрят друг другу в глаза, не отводя взгляда.
Слёзы текут у обоих.
Они склонили головы — лоб к лбу.
А потом — поцелуй. Долгий, нежный, будто вся их жизнь к нему вела.
Ночь прошла впервые как у влюблённых, а не как у беглецов.
Они были вместе. Без страха.
Четыре дня — словно один миг.
Смех. Сон. Еда. Объятия.
Алиса начинала доверять миру.
Пока…
.
Глава 19. Возвращение Сергея
Пятый день казался продолжением счастья.
Они заснули обнявшись.
Комната была тихой. Только дыхание и редкие звуки ночного города за окном.
— Тук. Тук. Тук.
Глухие стуки в дверь. Прерывистые, будто сдержанные.
Роман вскочил, схватил пистолет и осторожно подошёл к двери.
Глазок.
— Сергей?
Он быстро открыл. Сергей стоял перед ним в куртке, весь мокрый от дождя, с усталым лицом.
Но в глазах — тёплая, искренняя радость.
— Живы… вместе… — выдохнул он. — Слава Богу.
Алиса в халате вышла из комнаты, глаза сонные.
Сергей посмотрел на неё с болью и облегчением одновременно.
— Прости меня, — сказал он тихо.
— Ты уже всё сделал, — ответила она. — А теперь просто будь с нами.
Они сели на кухне. Тёплый чай, сухая одежда, но в воздухе — тревога.
Сергей заговорил.
⸻
Рассказ Сергея:
— Сегодня я был у знакомого из старого отдела.
Сказал, что в городе зафиксирована активность людей, связанных с закрытыми правительственными программами.
Черные машины, фургоны без номеров, блокировка связи в некоторых районах.
Он достаёт из кармана сломанную флешку, обгоревшую на краях.
— Мне передали эту флешку. На ней были какие-то видеоматериалы. Я не знаю, что именно. Но через двадцать минут после того, как я ушёл, дом, где жил мой связной — сгорел до основания. Официально — короткое замыкание. На деле — зачистка.
Роман сжал кулаки.
Алиса побледнела.
Сергей продолжает:
— Я не думаю, что они знают, где вы сейчас. Но я чувствую, что это только вопрос времени.
Они снова в городе.
И судя по их действиям, в этот раз они не уйдут без тебя, Алиса.
И без тебя тоже, Роман.
Он встал, прошёлся по кухне.
— Я не прошу вас уезжать.
Но… я знаю, что приближается что-то большое.
Не случайно они активизировались именно сейчас.
Он посмотрел на них:
— Нужно быть готовыми. У нас есть немного времени, но не вечность.
Что будем делать?
.
Сергей выдохнул, тяжело сел на стул и потёр виски.
— Слушайте меня. Сейчас лучшее, что вы можете сделать — это не высовываться.
Никаких прогулок. Никаких магазинов. Даже шторы лишний раз не двигайте.
Он посмотрел на Романа и Алису поочерёдно, серьёзно, почти по-отцовски.
— Я пойду к полковнику. Может, он сможет что-то сделать.