— Сомневаюсь, что жизнь столкнула нас в самые тяжелые периоды, чтобы мы потом разбежались. К тому же ты от меня не отделаешься! Даже не надейся!
Слишком многих людей я уже успела потерять. Слишком многие оказались лицемерными. И сейчас, когда в моей жизни есть настоящие и честные люди, я не собираюсь их просто так отпускать.
— И в мыслях не было! — подхватывая мою импульсивность, отвечает Ася. — Мы как палочки твикс!
— Ой, давай только без этих слащавых сравнений.
Ася закатывает глаза, что вызывает у меня улыбку.
— Кстати, Влад абсолютно прав, — возвращается к теме подруга. — И пусть меня ты отказываешься слушать, да и не я была свидетелем всего того дерьма, — последнее слово она произносит неохотно, скорее пародируя меня, — что с тобой происходило, но прислушайся хотя бы к нему. И к себе тоже. Ты же не просто так решила вернуться.
Спорить и сопротивляться не было никакого смысла. Тем более меня и правда тянуло обратно. Вот только такие проблемы, как деньги и моя больная психика, все равно останавливали.
— Хочешь сказать, что правильным решением будет снова начать танцевать?
— Уверена в этом. За попытку тебя не казнят, — произносит Ася с легкостью. Я же тяжело вздыхаю, но в груди как будто становится больше кислорода. — Да и рядом есть люди, которые помогут и поддержат. Я, брат, Даня.
Его имя заставляет внутренности сжаться. Мне не нужна поддержка от него, но я определенно нуждаюсь в его обществе. И это ужасно стыдно и неловко признавать, но рядом с Даней я наполняюсь жизнью, отпуская боль. Перевожу фокус на настоящее.
Ася ведь думает, что мы настоящая пара, поэтому можно попробовать произнести вслух то, что до этого лишь отголосками звучало в душе.
— Я соскучилась по нему, — тихо говорю я, ощущая, как теплые мурашки пробегают по коже. Ася довольно заулыбалась. — Что?
— Ничего, — она пожимает плечами. — Очень непривычно видеть Мирославу Громову влюбленной.
— Кто сказал, что я влюблена? — вопрос вылетает из меня молниеносно.
— Твои глаза, дурочка.
Кажется, что время остановилось, а вокруг стало слишком тихо. И громче всего отзывается мой бешеный пульс.
— Мне страшно, — сквозь ком в горле произношу я.
— Почему?
— Вдребезги разбитую вазу, очень сложно склеить, чтобы она могла дальше служить по назначению.
— Но если с ней обращаться бережно и аккуратно, то ничего не случится.
— И когда наши разговоры свелись к вековым мудростям и высокопарным эпитетам? — смеюсь я, и Ася подхватывает волну веселья.
⤝Дэн⤞
Мораль моралью, но деньги для меня всегда были и будут ресурсом, с помощью которого можно открывать для себя новые возможности, решать проблемы и делать что-то хорошее, если не для себя, то для других. Сутки я потратил на то, чтобы устранить все недочеты в системе безопасности, экстренно начать ремонт цокольного этажа и договориться с инспектором о внеплановой проверке через неделю. Более долгий срок я не мог себе позволить, потому что тогда потеряю не только приличную сумму, но и наращённую клиентскую базу.
Сейчас мне хочется просто упасть в мягкую постель и не думать ни о чем. Возможно, только о Мире, потому что каждые полчаса у меня руки чешутся, чтобы написать ей. Но я уже давно не прыщавый подросток, чтобы тратить время на бессмысленные переписки, тем более с девушкой, которой это не нужно. Она это четко дала понять. Но чертова медь в ее волосах мороком идет за мной попятам.
Ладно, если я один раз спрошу ее о самочувствии, это не перейдет рамки дозволенного. Так ведь?
Чувствую себя мальчишкой, которому нравится самая крутая одноклассница и которой он строчит любовные признания без надежды на счастливый конец. Глупо, но не могу залезть к себе в грудь и вытащить эти ощущения.
“Все хорошо”, — через минуту отвечает Мира. Никакой дерзости и подколов. Не похоже на нее. А потом она вообще выбивает воздух из легких, потому что присылает еще одно сообщение: “Как дела со спорткомплексом?”.
Было бы куда лучше, если бы ты была рядом, подумал я, но напечатал другое.