“Хуже точно не будет”
Мира ничего не отвечает, и на этом наш диалог заканчивается. Я заставляю себя убрать подальше телефон и прогнать призрачный образ ее ухмылки.
Морозный и ветреный вечер с непонятным снегодождем заставляют поскорее скрыться дома. Пока я медленно ехал по загруженным дорогам, позвонила Оля и сообщила, что через неделю они с Матвеем приедут. Ускорять темп жизни было не в моих правилах, потому что наслаждение приходит в моменте. Но сейчас мысли устремились в будущее. Сердце изнывало от долгой разлуки с сыном.
Мне нравился коттедж, в котором я жил уже больше года. Здесь довольно уютно, вот только еще здесь всегда пусто. Дом оживал лишь в те часы и дни, когда Оля привозила Матвея. Когда вся кухня превращалась в страшный кошмар Моники Геллер[1], потому что успевать следить за порядком и за вечно бегающим и ползающим маленьким человеком мне пока было не под силу. В эти мгновения я искренне восхищался женщинами, которые воспитывают даже не одного ребенка и при этом ведут быт и строят карьеру. И я уважал свою бывшую, хотя она работала на фрилансе и нанимала нянь, но она подарила мне самый бесценный подарок, пройдя все круги ада. Да, я был в больнице в день родов. И скажем так, сидя в коридоре и слыша все звуки, исходящие из палаты, я сам практически испытывал боль.
Через семь дней я наконец увижу сына, а через десять — в последний раз увижу Миру, потому что вечеринка Стаса беспощадно приближается. Я хотел бы отменить наше пари с Арсом, хотел бы отменить сделку с Мирой, хотел бы просто пригласить ее на свидание. Хотя она точно откажет мне. Она же вся из себя снежная королева, не подпускающая никого близко. Кроме, пожалуй, Аси, которая думает, что наши отношения настоящие. Ну и представление.
Только эти мысли проносятся у меня в голове, как раздается звонок с неизвестного номера. Сейчас десять вечера. Поздно для рабочих вопросов, но в связи с суматохой из-за пожара я отвечаю, мало ли кто это может быть.
— Да, — говорю я привычным строгим тоном.
— Дэн, привет, — в трубке слышу тонкий женский голосок. — Это Ася.
— Привет, — растерянно произношу я.
— Слушай, есть одно дело. По поводу Миры.
Мышцы напрягаются. В голове мелькают предположения — Мира снова попала в передрягу, и ее нужно вытаскивать, или она рассказала подруге про фальшивые отношения.
— Какое? Что-то случилось?
— Нет-нет, все хорошо.
Ася начинает тараторить, а я внимательно слушать. В душе разливается тихая радость от того, что с моим наглым лисенком все в порядке. Моим? Когда это Мира стала моей? Я встряхиваю головой от непрошенный образов и мыслей и вслушиваюсь в слова Аси.
⤝Мира⤞
События сегодняшнего дня меня изрядно утомили, поэтому глаза начали закрываться уже в половину десятого вечера. Чтобы немного взбодриться, я пошла в душ. Мне хотелось продлить время рядом с Асей, когда мы беспричинно смеемся, ведем философские разговоры, прерываемся на перекус пиццей, и все по новой. Я ощущаю себя пятнадцатилетней девочкой, когда еще нет давящей ответственности, а вместо нее — беззаботность и воздушность.
Вытирая влажные волосы, я открываю дверь ванной, и оттуда вырывается облако пара. Сегодня я варилась в кипятке.
Приблизившись к гостиной, до меня доносится голос подруги.
— Да, хорошо. Спасибо тебе!
Ася все так же сидит на диване и светится еще ярче прежнего.
— С кем болтала? С Арсом что ли? — я приподнимаю бровь, рассматривая ее счастливое лицо.
— А? Да, — она неловко улыбается и убирает прядь светлых волос за ухо.
— Я не могла и подумать, что он может сказать что-то такое, от чего бы девушка так сияла, — усмехнулась я. — Хотя уверена, он тот еще Казанова.. В прошлом, конечно! — приподнимаю руки вверх, не желая поселять в голове Аси негативные мысли.
— Ты его не знаешь совсем. Он хороший, правда. Вам как-нибудь нужно вместе сходить поужинать или погулять.
— Не борщи, Ась.
— А что?
— Ничего, — отмахиваюсь я, падая на диван. — Как-нибудь сходим.
Не буду спускать ее с с мечтательных небес. Пока она заведует всеокружающей любовью, я слежу за уровнем скепсиса и черствости. Или уже нет?