Информация никак не укладывалась в голове. Всю жизнь у меня было отменное здоровье. Конечно, травма внесла свои корректировки, но вряд ли как-то повлияла на сердце..
— Смогу я заниматься спортом с.. гипертонией? — спрашиваю я и сосредоточенно всматриваюсь в Эдуарда Михайловича. Как ни странно, этот вопрос волнует меня в первую очередь.
— Физическая нагрузка необходима, поскольку при регулярных тренировках у человека увеличивается сердечная мышца, повышается ее тонус и выносливость. А значит, сердце более эффективно перекачивает кровь. Это способствует нормализации сердечного ритма не только в периоды покоя, но и во время различных нагрузок. Поэтому да.
— Ты хочешь вернуться на танцы? — спрашивает Даня, а я лишь пожимаю плечами. — Я думаю, для этого нет противопоказаний.
— Но крайне важно не переутомляться и наладить режим питания, — добавляет Эдуард Михайлович. — Ладно, дети, оставляю вас. До завтра, Мирослава Сергеевна.
— До свидания, — отвечаю я, чувствуя абсолютную растерянность.
Моя жизнь и без того казалась такой запутанной и сложной, что я не могла найти выход из этого лабиринта. А сейчас стало еще хуже. Я ощущаю себя маленькой и беспомощной, как будто все против меня.
Но теплая ладонь касается моей, порождая едва заметный электрический ток, что пробегает у меня по коже. Я поднимаю взгляд. В этом море можно утонуть, но сейчас только его волны и держат меня на плаву.
— Спасибо, — шепчу я.
— Не надо благодарностей. Просто знай, что по-другому я бы не смог поступить.
— Потому что ты добрый самаритянин, — я попыталась улыбнуться.
— Потому что, когда тебе больно, больно становится и мне.
— Звучит эгоистично, — хмыкаю я.
— Ладно, согласен. К черту эту романтику, — Даня улыбнулся и наконец прильнул к моим губам.
Я запускаю руку в его мягкие волосы, а он нежно касается моего лица. Перехватывая дыхание друг друга, мы не замечаем ничего вокруг. Даня углубляет поцелуй, делая его требовательнее и настойчивее, и мое тело подается еще чуть вперед, насколько это сейчас возможно.
Буря эмоций, что не давала мне покоя, стала немного затихать, оставляя лишь тихую уверенность. И мое сердце совсем не ныло, оно ощущало дом.
Глава 13
Почему так?
⤝Дэн⤞
Несмотря на количество обезболивающих препаратов, Мира выглядела очень бодрой и до чертиков красивой. Суматоха этого вечера только сейчас начала немного отпускать. Когда Мира упала прямо мне в руки, страх ударил в голову с такой силой, что сначала казалось, словно сознание покинуло и меня тоже. К счастью, Арс успел сориентироваться намного быстрее. Он быстро встал с дивана, освобождая место и сбивая мою растерянность своим голосом. Все бы ничего, но страх с каждой новой минутой возрастал, потому что Мира никак не хотела приходить в сознание.
— Странно, но пульс очень быстрый, — отозвалась Ася, сидящая рядом с Мирой. Она не выпускала запястье подруги из рук.
— Вот, — протянул мокрое холодное полотенце Арс. — Сколько она уже в отключке?
— Больше десяти минут, — ответил я, стараясь подавить панику.
— Может, отвезем ее к твоему отцу? — вновь подал голос Арс. — Нельзя так долго лежать без сознания без очевидных на это причин. Что-то не так.
— Сплюнь, дурак! — воскликнула Ася. — Надеюсь, с ней ничего плохого не произошло. Переутомилась..
— От чего же? — хмыкнул Арс.
— Мы ездили недавно к ее маме, с которой она не общалась уже..
— Два года, — договаривает Ася.
— Проблем у нее, конечно, выше крыше, как я вижу, — отозвался друг, но без веселья, а скорее с сожалением. — Звони давай, что замер? — он слегка толкнул меня в бок. И через полчаса мы уже были в больнице.
Папа опешил, когда я сказал, что нужна помощь моей девушке, но затем, мягко хлопнув меня по плечу, пообещал, что с ней все будет в порядке. Я не сомневался в его словах, в его опытности и профессионализме, поэтому спокойно вверил Миру его коллегам.
Спустя пару часов я сижу у постели и нежно касаюсь ее. Мне тяжело отстраниться от Миры, будто меня к ней примотали незримыми веревками. Но когда я немного отодвигаюсь, вижу в ее глазах еще больше жизни, чем было до этого происшествия.