— А где все люди? Куда ты меня привел? — спрашиваю я у Дани, пока мы проходим к гардеробу. Пустому гардеробу. Походит на начало ужастика.
— В тебе проснулся экстраверт? — вопросом на вопрос отвечает он и протягивает руки вперед, намекая на то, чтобы я сняла пальто и отдала ему.
— Нет, серьезно, — я приподнимаю бровь. — Идеальное место для убийства.
— Тебе лучше знать, — усмехается Даня. — Я жестокостью не отличаюсь.
Я закатываю глаза и все-таки освобождаюсь от верхней одежды. Сама. Провоцируя поднять глаза к потолку уже Даню.
Пока он убирает наши пальто, из двери напротив выходит молодой худощавый парень, который, заставляет меня вздрогнуть от испуга, потому что я была в полной уверенности, что мы тут действительно одни. Можно считать это показателем плохих нервов?
Как оказалось, парня зовут Лео, и он владелец этого частного кинотеатра, который еще даже не открылся! Но они с Даней друзья, поэтому сегодня мы здесь.
Уровень моей социализации, видимо, остановился в развитии сразу после травмы, потому что почти весь их разговор я почти не произношу и слова. Мне явно нужно больше взаимодействовать с людьми, тем более у которых есть свой бизнес. Чертовски полезно и выгодно!
Мой круг общения состоит из.. трех людей? Ладно, можно еще прибавить Эми, потому что с ней мы продолжаем переписываться, пусть и редко, зато метко.
Парни попрощались, после чего мы прошли в помещение размером с просторную студию. Оно наполнено диванами в темной обивке и небольшими столиками с подсветкой. Ну, и напротив располагается огромный экран во всю стену.
Один из столиков не пустует, он засервирован, но по-простому, без вычурности.
— Пицца? Еще и «Пепперони». — Я подхожу ближе и оглядываюсь на Даню, на лице которого смесь невозмутимости, уверенности и гордости. — Ты знал, что это моя любимая, да?
— Правда? — театрально удивляется он. — Вот так совпадение. Или судьба? — с елейной улыбкой произносит он.
И вот она — ухмылка, от которой подгибаются ноги.
— Я возьму с Аси обет молчания, так и знайте. Оба!
— Где кнопка переключения режима “злой и наглой бестии” на режим “покорного и ласкового лисенка”?
— Когда это я была покорной? — прищурившись, спрашиваю я.
В этот момент освещение в зале пропадает, и загорается экран, а вместе с ним начинает постепенно нарастать звук в динамиках.
Даня подходит ко мне еще ближе, уничтожая расстояние между нами. Он наклоняется к моему уху и, пока шум фильма еще не стал оглушительным, тихо произносит:
— Неверная постановка вопроса. Когда ты будешь покорной? — Он проводит носом по моей щеке. Ощущаю его горячее дыхание. — И ответ у меня есть: сегодня.
Не успеваю я и пикнуть, как Даня оказывается на диване и одним движением усаживает меня к себе на колени. Одна его ладонь крепко сжимает мое бедро, а вторая лежит на талии.
— Думаю, так будет неудобно смотреть фильм, — говорю я, вглядываясь в его синее море сквозь пелену темноты и упираясь руками в его твердую грудь.
Как же я хочу еще сильнее прижаться к нему. Дыхание мгновенно сбивается. Твою ж..
— А так?
Продолжая прижимать к себе, Даня разворачивает меня лицом к экрану, на котором уже вовсю что-то происходит. Но мне нет дела до кино, потому что все атомы моего тела сконцентрированы на его близости. Теперь моя задница располагается так, что я чувствую его возбуждение.
Сказать, что я полыхаю, — ничего не сказать. Жар разлился по венам и сконцентрировался внизу живота. Его руки скользят вверх по моим бедрам, продвигаясь все выше. Даня нежно касается моей шеи, когда убирает волосы на одну сторону. Глубоко вдыхаю, но выдохнуть мне не дает его обжигающий поцелуй. Сначала его губы двигаются легко и воздушно, словно проверяя — убегу я или останусь.
Но моя жажда так же велика, как и его.
— По-моему, ты ешь немного не то, пицца лежит на столе, — произношу я с хрипотцой в голосе. И несмотря на громкие звуки, доносящиеся из колонок кинотеатра, Даня меня слышит.
— Я просто сразу перешел к десерту, — отвечает он и медленно стягивает пиджак с моих плеч. — К чему эти правила?
— А тихом омуте черти водятся, да? — усмехаюсь я, но ответа не получаю.