Сальто – восторженный взрыв толпы – ещё один прыжок – идеальный шпагат – сольная партия девушки-афроамериканки (кажется, её зовут Джекки). Бесконечные асимметричные рисунки в воздухе бросают вызов земному притяжению: один виток, второй, третий…
В центре сцены появляется Сена, её глаза горят азартом и лукавой игривостью. Она начинает заигрывать с публикой, исполняя нечто среднее между джаз-фанком и…
– Чёрт возьми! – невольно вырывается у меня.
Я вдруг отчётливо узнаю несколько движений из её программы на Гран-при. Конечно же, она не могла упустить возможность эффектно напомнить о себе публике и лишний раз хайпануть на одном из своих самых обсуждаемых номеров. Остальные зрители тоже моментально узнают знакомые движения и начинают оглушительно свистеть и аплодировать.
А я стою неподвижно и смотрю на Сену так пристально, будто впервые вижу её настоящей: яркой, свободной и бесконечно притягательной. В моей душе смешиваются гордость за неё, ревность к сотням глаз вокруг и болезненное осознание того, насколько сильно всё изменилось за последнее время. Теперь я лишь наблюдатель – пленник собственных страхов и сомнений, оказавшийся по другую сторону праздника жизни.
В следующую секунду Сену уже окружает остальная часть команды. Ребята театрально изображают осуждение, с улыбками иронично указывая на неё пальцами. Зефирка, мой личный эпицентр эмоциональной турбулентности – в ответ карикатурно округляет глаза от удивления, растерянно оглядывает собственный костюм и затем медленно поднимает взгляд на толпу. Нет, это уже не тот забитый и испуганный взгляд, какой он изображала мгновение назад. Это взгляд, которым она однажды дала отпор Мередит, взгляд, с которым выиграла Олимпиаду и покорила моё сердце. Взгляд амазонки, абсолютной победительницы, женщины, способной одним движением ресниц заставить целый мир пасть к её ногам.
Музыку разрывают мощные биты, и в такт им Сена, а вслед за ней и остальные танцоры резко срывают с себя галстуки и воротники, повышая градус чувственности номера до предела. Девушки остаются в элегантных черных боди с глубокими декольте, парни и вовсе без верха – демонстрируя публике идеально очерченные мускулы и грациозную пластику тел. В этом эффектном жесте явно читается тонкая отсылка к порванному костюму Сены.
Эта девчонка умеет превращать в шоу абсолютно всё.
Воздух вдруг пронзает яркий звук скрипки – всё та же композиция Papa Roach, но теперь в виртуозной аранжировке. На сцене разворачивается сложнейшая vogue-хореография, наполненная стремительными, чёткими элементами: жест – поза – точка, точка, точка. Каждое движение словно электрический разряд проходит по ревущей толпе. И в тот самый момент, когда кажется уже очевидным, кто здесь истинные короли танцпола, Unity Crew вновь превосходят ожидания публики очередным неожиданным финтом.
Бен – загорелый парень с выразительной латиноамериканской внешностью – внезапно возникает в центре сцены с настоящей скрипкой в руках и начинает играть живьём. Даже я, мужчина с абсолютно традиционной ориентацией и привычным спокойствием в вопросах мужской привлекательности, вынужден признать: это зрелище ошеломляюще красиво и невероятно сексуально.
Последние аккорды, стремительно нарастающие высокие ноты скрипки, полная самоотдача Бена как музыканта и безупречная синхронность остальных танцоров создают невообразимый визуальный ряд. Темп ускоряется, эмоции достигают апогея – никому из присутствующих не уйти сегодня без диагностированной аритмии. Ещё быстрее, выше, громче, ещё более безумно – и Unity Crew застывают в финальной позе, словно живое произведение искусства, к которому отчаянно хочется прикоснуться.
Но я не вижу никого, кроме неё. Моей Сены. Прекрасной. Сверкающей. Недосягаемой.
Представляю себе количество парней в зале, которые прямо сейчас мечтают пригласить её на свидание. Но не сегодня. Теперь я официально стал ревнивым собственником, готовым отстреливать каждого наглеца, рискнувшего приблизиться к ней ближе дозволенного расстояния. Я готов преследовать её до тех пор, пока она не согласится стать моей женой. Вот до чего я докатился! Всего месяц без её – и я уже мысленно примеряю на палец обручальное кольцо. Лишь бы получить гарантию её пожизненного присутствия в моей жизни.
Спустя полчаса ведущий объявляет результаты и поздравляет две команды с прохождением в следующий тур. Среди них – разумеется, Unity Crew. Я уже планирую тихо исчезнуть из зала прежде, чем случайно попаду на глаза Зефирке, ведь если это случится, я уже не смогу её проигнорировать: сорвусь и заключу в самые крепкие объятия, на какие только способен человек.