— Значит, приступим к подготовке, — сказал он.
— А как же помолвка? — спросила я.
— Это важнее. Египет умирает, наш народ умирает от голода, а сердце Египта — его источник жизни — потухает.
— Какое сердце Египта? — спросила я, чувствуя, что звучит что-то гораздо более мистическое, чем просто легенда.
— Древний камень, который даёт существование нашему народу, — ответил Неферма. — Надеюсь, то, что мы нашли, поможет спасти наше царство.
Я впервые слышала о сердце Египта — и чувствовала, что за этими словами скрыто нечто большее. Вроде древней тайны, которую наши историки решили утаить, чтобы скрыть истинную причину гибели могучего и процветающего Египта.
Что же на самом деле скрыто за этим сердцем? Может, это не просто камень, а связующее звено между мирами, древний артефакт, хранящий силу богов и способный вернуть баланс? Без него тьма начала поглощать всё живое, и будущее висит на волоске.
****
За ужином отец Нефермы и отец Амены снова обсуждали помолвку своих детей. Амена, как обычно, висела на плече Нефермы, флиртуя, а в моём сердце что-то сжалось.
— Мы тут подумали и решили, — начал говорить Тахот, — что ваши дети уже взрослые, и, следовательно, готовы взойти на престол. Поэтому пусть помолвка состоится в следующем месяце, а если получится — даже раньше.
— При всём уважении, — встал Неферма, — я отказываюсь.
Отец Нефермы, Сенеб, даже подавился едой и посмотрел на сына с недоумением и гневом. Амена резко повернулась и взглянула на меня, её глаза засияли яростью, а Тахот нахмурился.
— Сын, что ты такое говоришь? — рявкнул Сенеб. — Эта помолвка готовилась с твоего рождения, и ты знаешь, что это твой долг!
— Прости, отец, — ответил я, — но мы нашли способ спасти наш народ. И, возможно, я не смогу вернуться. — Я посмотрел прямо в его глаза, затем — на Амену. — А ещё я не готов соединить свою судьбу с этой девушкой. Я устал от твоих цирков.
Амена резко встала и подошла ко мне, схватив за волосы так сильно, что я даже не успела понять, что происходит. Её лицо искажалось от ярости, в глазах полыхали огни ненависти.
— Ты думаешь, что можешь так просто отвернуться? — прошептала она с холодной ненавистью. — Ты обещал мне, что будешь со мной! Ты обещал! Но теперь ты разрываешь наше будущее из-за этой... этой девчонки!
Она дернула меня за волосы, отчего голова закружилась. Я вскрикнула, пытаясь оттолкнуть её, но она не отпускала меня. Я заметила, как её глаза сверкают от злости, словно готовые взорваться в любую минуту.
— Если ты действительно бросишь меня, — сказала она, и её голос стал тихим и угрюмым. — Я сделаю так, что ты заплатишь за это. Я заставлю тебя страдать так, как никогда прежде.
Внезапно её рука метнулась к столу, быстро схватив нож, который тихо переливался в свете свечей. Я затаила дыхание, когда она подняла его, угрожая мне.
— Ты не поверишь, как легко я могу убрать её с пути, Неферма. Один удар — и её больше не будет. Ты меня понимаешь? Ты не сможешь её спасти, если выберешь её вместо меня!
Я ощутила, как ударила волна страха, когда она посмотрела на Неферму, её глаза полны угрозы. Неферма стоял, замерев в шоке, и я могла видеть, как муки выбора терзали его.
— В последний раз прошу, — произнесла она, её голос звучал как тихий шёпот, но в нём звучала угроза. — Выбор за тобой, Неферма. Меня не оставляют выбора...
В комнате повисло полное молчание, нарушаемое лишь тихим треском свечей. Неферма, всё ещё застывший на месте, смотрел на Амену, и я могла видеть, как его глаза расширяются от ужаса и шока. Он явно не ожидал, что всё выйдет так далеко.
Сенеб, отец Нефермы, смотрел на сына с тревогой и недоумением, его лоб был сморщен, а скулы крепко сжаты. Тахот, отец Амены, нахмурился, его хватка на столе была сильной, словно он пытался удержать контроль над ситуацией, которая вышла из-под его власти.
— Амена, успокойся, — наконец выдохнул Неферма, его голос звучал дрожащим и неуверенным. — Ты не можешь...
— Не можешь что? — перебила она, её горькая улыбка была полна безумия. — Не можешь любить? Не можешь защитить то, что тебе дорого? Или, может быть, не можешь понять, что на кону твоё будущее, Неферма?
Я почувствовала, как сердце стучит в груди. Из-за угрюмого зала будто исходила чья-то зловещая тень, и я не могла не заметить, как слабость Нефермы становилась всё более явной.
— Ты запомни, — сказал Тахот, его голос был холоден, как лёд. — Если ты откажешься от Амены, Неферма, последствия будут ужасными. Это не просто помолвка, это будущее, свершение судьбы!
Амена сделала шаг ко мне, держась за нож, который сверкал в тусклом свете. Она возвышалась над мной, как хищник, готовый к атаке.
— Никакой жалости, только выбор, — произнесла она, её голос стал мрачным и угрюмым. — Или она, или ты. Я могу обернуться к страданиям, но я не позволю, чтобы ты сбежал от своего долга!
Я ощутила, как тёмные мысли проникают в мою голову. Неужели Амена готова на всё? Заключённая в её безумии, помимо внутреннего ужаса, я осознала, что никакие слова не смогут остановить её.
— Амена, прошу, не делай этого, — попыталась я сказать, но она только усмехнулась, её лицо наполнилось безумным энтузиазмом.
— Если ты умрёшь, Неферма не сможет спасти тебя, и никто даже не узнает, что было на самом деле! Ты останешься лишь призраком в его памяти. А вот если это сделаешь ты, — она подняла нож ещё выше, — он не сможет устоять перед тобой, и я, наконец, соберу свои силы, чтобы отомстить!
Сенеб, стиснув кулаки, шагнул вперёд, пытаясь защитить сына, его глаза горели яростью. — Амена, не угрожай моему сыну! Ты не представляешь, на что способна, когда за дело берётся ярость отца!
Неферма сделался на шаг ближе, его голос стал более решительным, но в нём всё равно чувствовалось смятение.
— Хватит, Амена! Это безумие!
Амена снова посмотрела на меня, её глаза стали ярче от гнева, и я поняла, что все эти напряжённые моменты могут закончиться потерей.
— Я предупреждала тебя, Неферма. У тебя есть выбор, и этот выбор — твоя сила.
Слова Амены повисли в воздухе, как бы накрывая нас страхом и безысходностью. Теперь всё зависело от Нефермы — его решение определяло не только мою судьбу, но и судьбу всех, кого мы любили.