— Эмили! — крикнул я, входя внутрь.
Внутри царила тень. В темноте я заметил её — ослабевшую, измождённую, привязанную к стене. Лицо было бледным, покрытым потом, глаза — полузакрыты, но в них всё ещё горела искра надежды. Она едва держалась на ногах, тело слабо подрагивало, дыхание было прерывистым.
Что они с ней делали? — я почувствовал, как внутри всё сжалось от страха. Она умирает у меня на глазах, я не знал, что делать.
— Нет, — прошептал я, охваченный паникой. — Нет!
Я бросился к ней, осторожно приподнял голову, чтобы проверить пульс. Он слабый, едва ощущаемый. В сердце моем зазвучала тревога — я не мог допустить, чтобы она умерла. В страхе и отчаянии я схватил её за руку, пытаясь связаться с ней через связь.
-" лягушка ты меня слышишь?! Прошу ответь!"- я кричал ей по ментальной связи
Но связь молчала. Я не чувствовал её — ни тепло, ни пульса, ни жизни. Это было мучительно: ощущать только холод и пустоту, как будто у меня отняли самое дорогое. Внутри всё сжалось, словно мое сердце разрывалось.
— Эмили! — закричал я, трясущимися руками. — Очнись! Пожалуйста, не умирай!
Прошло несколько минут, и она так и не пришла в сознание. Тогда я, не думая, поднял её на руки и побежал к лекарю, что находился неподалёку. Время было против нас.
Когда я с трясущимися руками вынес Эмили из темницы, мне сердце было охвачено паникой. В узких коридорах пирамиды я бежал, чувствуя, как мои ноги подкашиваются, а дыхание становится всё тяжелее. Вскоре я достиг небольшой лечебницы — просторного помещения с низким потолком, где царил запах трав, смол и мёда. Внутри было полутемно, освещали комнату мягкие лучи заходящего солнца, проникающие через узкое окно в высоких стенах.
Лекарь — пожилой человек с морщинистым лицом и мудрыми глазами — быстро заметил меня. Он был одет в длинную ленточную тунику, вокруг шеи — амулеты и бусы из кораллов и лазури. Его руки были сильными и уверенными, будто он всю жизнь знал секреты целительства.
— Ведите её сюда, — сказал он тихо, внимательно оглядев Эмили, когда я аккуратно уложил её на деревянный стол. — она истощена, как у умирающий кит на берегу Нила, — бормотал он, проверяя пульс, температуру и дыхание. — Тело её истощено, травмы серьезные её видимо избивали. Надо срочно давать отвары и делать компрессы.
Тон его голоса был спокойным, но в нём чувствовалась строгая решимость. Он быстро принялся за работу, доставая из ящиков и мешочков травы — корень имбиря, мяту, шалфей, корни папируса, из которых он варил отвары. На медной плите зажглись угли, и в котелке закипали настои.
— Травы нужны для укрепления сил и снятия воспаления, — объяснял он, когда добавлял корень имбиря. — каждое растение — это дар богов, каждое — часть целого. Надо помочь телу Эмили восстановиться, иначе она не выживет- я сразу вспомнил о пророчества, после его слов о богах. Но сейчас нужно вернуть Эмили, а потом заниматься браслетами.
Я, стоял у двери, наблюдал за этим, вся моя душа была наполнена тревогой. Я смотрел, как лекарь аккуратно наливает настой в глиняные чаши, и боялся каждого вздоха, каждой секунды. В комнате стоял запах свежих трав, мёда и лёгкой дымки благовоний — ладан, который зажигали тут же, чтобы очистить пространство. Я вздрогнул, когда на моё плечо легла чья-то рука, обернувшись, я увидел Хоросу, его взгляд говорил сам за себя, он волновался за Эмили. Я ещё в первый день заметил, как Хорос смотрел на Эмили, он влюбился.
-как она? -смотрит на меня Хорос.
-Плохо... Она истощена, лекарь пытается привести её в нормальное состояние- я снова перевел на копошение лекаря.
-она сильная, она будет в порядке- старался приободрить меня Хорос
Через час лекарь сказа что её состояние стабильно, и сейчас ей нужен хороший отдых. Её лицо все ещё было болезненно бледное, но я хотя бы слышал её дыхание. Я не мог представить сколько в этой девочке силы и упорства. Я посмотрел на свой браслет с потом на её надеясь, что её браслет поможет ей быстрее восстановится.
****
Следующие несколько дней, я честно не знаю сколько прошло были мучительные. Я настолько был погружен в свои мысли, что не замечал, как проходит время. Эмили все так и спала, но она уже не такая бледная, и на щеках появился тот самый румянец. Благодаря настоям лекаря или то что наши браслеты находятся рядом ей кажется становилось лучше. Хорос тоже постоянно был с нами только изредка уходил принести мне еды и рассказать, что происходит за дверями лечебницы. Он сказал, что мой отец посадил Амену и её отца в темницу. Он также продолжал читать папирусы чтобы помочь нам разгадать тайну наших браслетов.
Я внимательно смотрю на Эмили в ожидании её пробуждения, и кажется Бес бог удачи был сегодня на нашей стороне. Когда Эмили медленно открыла глаза, её взгляд был рассеян, словно она только что вышла из тумана сновидений. Я заметил, как за её ресницами мелькнули искры живого интереса и усталости одновременно. Она чуть приподнялась, и я мягко подвинулся ближе, чтобы помочь ей.
— Где мы? — прошептала она, её голос был хриплым, но в нём звучала решимость.
— В лечебнице, — ответил я, стараясь держать тон спокойным. —Ты была сильно истощена и проспала примерно 4 дня— я наблюдал как она удивилась то сказанных мной слов. Внутри снова появилось это чувство наполненности, видимо наша связь начала возвращаться, а значит, как она полностью восстановится, мы всё-таки отправимся в наше небольшое путешествие для спасения моего царства.