Я попыталась повторить, немного неловко балансируя.
— Не спеши. Важно чувствовать клинок, — улыбнулся Неферма. — Представь, что это часть тебя. Двигайся плавно, как бы ты танцевала.
Он указал мне на соломенного манекена, который был похож на человека, и стал показывать основные удары: горизонтальный разрез, вертикальный, удар сверху.
— Вот так, — сказал он, демонстрируя. — Бери клинок и повторяй за мной.
Я взяла клинок обеими руками, стараясь следовать его движениям. Первое, что я сделала — попыталась нанести горизонтальный удар. Лезвие пролетело мимо мишени, и я почувствовала, как немного растерялась.
— Нет-нет, — мягко поправил Неферма. — Важна точность, а не мощь. Расслабься. Дыши спокойно. Вдох — и выдох. Вдох — и выдох.
Я сделала паузу, глубоко вдохнула и снова взялась за клинок, на этот раз чувствуя себя немного увереннее.
— Хорошо. Теперь попробуй уклониться, — он подошёл к другому манекену, с натянутой на него верёвкой, обозначающей линию атаки. — Представь, что кто-то пытается тебя поразить. Ты должна быстро реагировать и уклоняться.
Я сделала шаг назад, подняла клинок вверх и чуть наклонилась в сторону, отводя оружие и избегая "атаки". Внутри почувствовала прилив уверенности.
— Отлично! — похвалил меня Неферма. — Теперь соединяй удары и уклонения. Виде, как я показываю.
Он сделал серию быстрых движений: сначала наносил удары, потом уклонялся, а потом снова — в быстром, плавном ритме. Я старалась повторить, концентрируясь на каждом движении.
Постепенно мои руки привыкли к ощущению клинка. Я чувствовала, как в теле появляется легкая эйфория — ведь.
****
Я стояла на краю небольшого балкона В небе раскинулись миллионы звезд — сверкающие жемчужины, разбросанные по бездонной чёрной ткани ночи. Они мерцали холодным светом, словно далекие глаза древних богов, наблюдающих за нами. Ледяной ветер, пронизывающий через щели в стенах, трепал мои волосы и одежду, заставляя меня крепче держаться за каменные перила. Его холод проникал до костей, заставляя трепетать всё внутри меня.
Я смотрела в бескрайнюю тьму за пределами пирамиды, пытаясь сосредоточиться, но мысли о предстоящем путешествии мешали. Что нас ждет там, в жаркой пустыне? Горячий песок, опасные тени, таящиеся в каждой тени, и страшные враги? Смогут ли мы справиться с этим? Вся уверенность исчезла, уступив место тревоге и сомнениям.
Вдруг я заметила, как чуть в стороне тихо появился Хорос. Его фигура выделялась на фоне мерцающего неба: высокий, стройный, с глазами, отражающими звезды. Он шагнул чуть ближе, остановился, чтобы не мешать, и его лицо было полно заботы и тревоги. Он казался немного смущенным, словно не знал, как подойти, или боялся быть слишком навязчивым.
— Эмили, — произнёс он тихо, почти шепотом, — послушай… Я знаю, тебе сейчас трудно. Но поверь, всё будет хорошо. Мы справимся вместе.
Я чуть вздрогнула, повернула голову и взглянула на него. В его глазах — теплота и искренность, но также и заметное смущение, словно он опасался, что его чувства могут показаться навязчивыми. Он казался немного неуклюжим в своих словах, как будто не привык открываться так просто.
— Я… — начала я, но слова застряли у меня в горле. — Просто… я так волнуюсь. Что нас ждет там, в пустыне… Я боюсь, что не справлюсь. Что если что-то случится, и я не смогу защитить вас?
Хорос мягко подошёл чуть ближе, его лицо окрашено румянцем, а глаза — слегка бегают по мне, словно боясь показать всю глубину своих чувств. Он взял мою руку — его ладонь была тёплой, чуть влажной от волнения — и мягко сжал.
— Послушай, — сказал он с чуть дрожащим голосом, — я знаю, что ты можешь быть сильной. Не потому, что у тебя есть оружие или боевые навыки, а потому что у тебя есть сердце. И это самое важное. Всё, что нам нужно — это вера в себя и друг в друга.
Я глубоко вздохнула, мои глаза наполнились слезами, и я почувствовала, как внутри разгорается тёплый свет поддержки, словно маленькое пламя в сердце. Внутренний трепет и смешанное с этим ощущение тепла и волнения делали моё сердце биться быстрее.
— Спасибо… — прошептала я, чуть наклонив голову к нему.
Он взглянул мне прямо в глаза, и в его взгляде — смесь нежности и смущения, словно он боялся, что его чувства могут его предать. Медленно он наклонился к моему лицу, его дыхание было чуть прерывистым, и его губы коснулись моих — нежно, трепетно, словно боялся сделать шаг слишком большим. В его объятиях было столько тепла, заботы и искренних эмоций, что я почувствовала, как внутри разгорается свет, и сердце забилось особенно сильно. Он мягко прижал меня к себе, словно пытаясь передать всю свою поддержку, свои чувства и надежду.
Когда он немного отступил, его глаза всё ещё светились, а на лице появилась лёгкая, смущённая улыбка. Он казался немного застенчивым, словно боялся, что его признание может изменить всё между нами.
— Я не могу больше держать это в себе, — тихо признался он, — я давно влюблён в тебя. С первого взгляда. Хотя прошла всего неделя, я чувствую, что это настоящее. И хочу, чтобы ты знала — я всегда буду рядом, чтобы защищать тебя и поддерживать.
Я молчала, потрясённая этим признанием, и внутри разлился тёплый свет, словно солнце в самый мрачный день. Волнение, страх и радость переплелись, создавая ощущение, что всё возможно.
— Я… я тоже чувствую то же самое, — тихо сказала я, улыбаясь сквозь слёзы. — Спасибо, Хорос.
Он снова нежно поцеловал меня, и в этот момент всё вокруг казалось чуть ярче, чуть теплее. Ветер стих, и звезды будто светили только для нас, создавая волшебную, романтичную атмосферу этого мгновения, наполненного взаимными чувствами и надеждой.