Мы прорвались через магический барьер и оказались в просторном зале, ведущем к сердцу пирамиды. Там, в центре, было то самое священное место — источник силы Египта, охраняемый мощной магией и стражами. Перед ним стояли огромные каменные алтари, и в воздухе витали древние заклинания, готовые защитить сердце Египта любой ценой. Всё было готово к последней битве за будущее страны.
— Мы сделали это! — улыбнулась я, глядя на Неферму. Но в этот миг вдруг послышались шаги, хлопки ладоней и эхом разнеслись звуки боя.
Мы повернулись и увидели стоящего там Хороса — его собственной персоной. Его лицо — холодное, зловещее, с широкой, искаженной улыбкой, полное злобы и наслаждения. Его глаза — искрящиеся, как острые лезвия, смотрели на нас с презрением и угрозой.
— А вы долго, полтора месяца, не было, — он улыбнулся, его голос — тихий, но наполненный злой уверенностью. — Надеюсь, вы оценили, как я хорошо подготовился. Время — мой союзник, и теперь я здесь, чтобы забрать то, что принадлежит мне.
Я почувствовала, как сердце забилось сильнее, кровь закипела в жилах. Взгляд Нефермы стал еще жестче, в его глазах — ярость, которая могла разорвать всё вокруг.
Хорос улыбнулся, его лицо искажалось зловещей маской удовлетворения. Его глаза — холодные и бесчувственные, сияли в полумраке, будто бы он видел свою победу уже свершившейся. В этот момент вся напряженность достигла предела.
— Так ты думаешь, что можешь остановить меня? — его голос прозвучал низко, зловеще, с оттенком издёвки. — Ты — всего лишь мальчик, который верит в свои иллюзии. Я — владыка этого мира, и ничто не остановит меня, пока я держу власть в своих руках.
Я почувствовала, как внутри меня закипает ярость и решимость. Я не позволю ему уничтожить всё, что мы пытались спасти. Взгляд Нефермы стал еще более острым, он шагнул вперед, сжимая меч так, что руки побелели.
— Ты — предатель! — прозвучало из его уст гневное крошение. — Ты убил моего отца, чтобы занять его место! Но я обещаю — ты заплатишь за всё это. Он не заслужил такой судьбы, и ты не достоин заниматься нашим народом!
Хорос снова улыбнулся, и его голос зазвучал с холодной уверенностью:
— Твои слова — лишь пыль и пустая болтовня. Ты ничего не можешь мне противопоставить. Могущество, которое я обрёл за эти годы, пока претворялся хорошим мальчиком, — это результат силы и хитрости, даже то признание в любви тебе Эмили все входило в мой план. -он снова посмотрел на Неферму —Ты — лишь мальчик, одержимый иллюзией, что добро победит зло.
Внезапно, из тени вышли его стражи — их фигуры были массивными, одетыми в черные доспехи, украшенные символами тьмы и разрушения. Их глаза блестели в свете факелов, и они — словно ужасающие стражи судьбы — окружили нас, готовясь к бою.
— У вас есть шанс сдаться, — произнёс Хорос, улыбка его становилась еще шире, — и тогда я пощажу вас. Но если вы осмелитесь сопротивляться… Тогда смерть ждёт каждого из вас.
В воздухе повисла зловещая тишина, разрываемая только эхом боёв и криков, отдававшихся вдалеке. Я почувствовала, как сердце бьется в груди, напряжение стремительно нарастало. Мои глаза устремились на Неферму — его лицо было полным решимости, хоть и окутанным пылью, и кровью. Мы знали — выбора у нас нет. Осталось лишь бороться до последней капли крови, чтобы защитить наш дом, нашу любовь, нашу судьбу.
Он бросился на встречу стражникам, его тело — словно вихрь ярости и отчаяния. Мощные фигуры врагов, гораздо больше и лучше подготовленные, окружили его со всех сторон. Их клинки свистели в воздухе, отражая огонь факелов, а их тяжелое дыхание наполняло зал. Он сражался, не щадя себя, — его удары были быстры и точны, несмотря на превосходство противников, — и кровь лилась с раненых, но он не сдавался, борясь до последней капли.
Я хотела побежать ему на помощь, ринуться в бой, но внезапно меня схватил один из стражников Хороса. Его руки словно железные, и я почувствовала, как меня поволокли назад.
— Нет, нет! Смотри, как легко я его убью! — ухмыльнулся Хорос, его глаза горели злобой и наслаждением, когда он держал меня за плечи.
Я вырвалась, пытаясь вырваться, крича и брыкаясь, но его хватка была сильнее. Внутри меня бушевал ужас, но я не собиралась сдаваться. Моя единственная мысль — спасти Неферму, несмотря ни на что.
Я повернулась и взглянула на него — его лицо было искажено болью и гневом. Оружие выбили из его рук, и его поставили на колени, его глаза — полные страха и ярости. В этот момент Хорос подошел к нему, подставив свой меч к горлу наследного фараона.