Голос, древний и зловещий, раздался из недр музея:
— Вижу, вы думали, что уничтожили меня… Как наивно.
Я посмотрела с испугом на Неферму, и по его взгляду я поняла, что он тоже узнал этот голос — Хорос.
— О, посмотрите, кто проснулся, — прорычал Неферма, поднимая меч. — Мы то думали ты уничтожен...
— Ха! — рассмеялся Хорос. — Вы даже не представляете, насколько глупы ваши попытки противостоять мне. Даже боги вам не помогут.
— Что тебе нужно, Хорос? Почему мы не можем существовать вместе? Мы были как братья! — крикнул Неферма.
— Братья? Ты смеёшься? Я всегда был в тени — с усмешкой сказал Хорос — ты даже увел мою любовь!
— Ты сам меня кинул! — решительно вмешалась я. — Ты просто ушёл, оставив нас...
Послышался хохот Хороса, жуткий и пронзительный, наполняя пространство зловещей эхом. Наши браслеты с Нефермой всё сильнее светились, излучая тепло и энергию.
— Мы найдём способ тебя уничтожить! — сказала я, сжимаю кулаки, чувствуя, как внутри всё закипает.
— Ух-ты, жду не дождусь. А время тик-так, тик-так... — голос стал затихать, как и свечение наших браслетов, погружая музей в гнетущую тишину. Я взглянула на Эванса, он стоял неподвижно, с ужасом и недоверием в глазах, словно он осознавал, что попал в самую тёмную ловушку.
— Что… что это было? — наконец выдавил он, его голос дрожал, будто в нём боролись страх и удивление. — Кто этот Хорос? И что за чертовщина тут творится?
Неферма, не отрывая взгляда от источника зловещего голоса, медленно убрал меч в ножны. Его движения были спокойными, расчетливыми, будто он пытался взвесить каждое слово, но в его глазах мелькала тень тревоги, которую он не мог скрыть.
— Эванс, тебе лучше держаться подальше от всего этого, — тихо произнёс он, но голос его звучал как предупредительный шёпот в буре. — Это не то, во что ты хочешь ввязаться.
Я подошла ближе к Неферму, чувствуя, как адреналин постепенно покидает моё тело, оставляя после себя лишь тяжесть тревоги. Браслеты всё ещё слегка пульсировали, словно напоминая о своей живой природе, но уже не так ярко, как прежде.
— Нам нужно уходить, — сказала я, оглядываясь по сторонам. — Хорос не появится просто так. Он что-то замышляет.
Внезапно стены музея снова задрожали, но на этот раз звук был глухим и угрожающе тяжёлым, словно гигантские кости трещали внутри. Откуда-то из глубины помещения донёсся скрежет, будто что-то огромное и зловещее пытается пробиться наружу, разрывая стены изнутри.
— Нет, — прошептал Неферма, его глаза расширились от ужаса, и в них вспыхнула искра паники. — Только не снова…
И тут стена, словно под напором невидимой силы, начала медленно трескаться, трещина расчертила её как зыбкое зеркало, и из образовавшейся щели показалось нечто тёмное и зловещее. Это было похоже на тень, но тень, обладающая собственной волей и разумом. Она расползалась по полу, словно чернила, разлитые в воде, — медленно, угрожающе, словно живая.
— Кажется, у нас появились новые проблемы, — проговорил Эванс, отступая назад, его голос звучал с тревогой. — И эти проблемы — не шуточки. Они куда серьёзнее, чем просто разговор по душам.
Неферма выхватил меч, его глаза пылали решимостью, но внутри он ощущал — страх, который он пытался подавить.
— Эмили, уходи. Немедленно. — его голос прозвучал как приказ, полный отчаяния и силы. — Я не позволю тебе остаться здесь, если всё это дойдёт до конца.
Но я знала, что не могу оставить его одного. Не сейчас, когда всё стало настолько опасным, когда тень, словно живое существо, растекалась по залам, готовая поглотить всё живое и мертвое.
— Я не оставлю тебя, — твёрдо сказала я, активируя свой браслет. Внутри закипела энергия, словно искра, готовая вспыхнуть. — Мы справимся с этим вместе, или умрём в одном месте.
Тёмная сущность продолжала расползаться, заполняя всё пространство, будто яд, распространяющийся по телу. Её щупальца-тени извивались в воздухе, издавая пронзительный скрежет — звук, что резал слух и проникал в саму душу.
— Кажется, мы оказались лицом к лицу с кошмаром, — прошептал Неферма, его голос был хриплым, но решительным. — И у нас нет права ошибиться.
В этот момент в моей памяти вспыхнуло воспоминание — как на меня и Сенеба напали разбойники. Когда Неферма приблизился и наши руки случайно соприкоснулись, появился тот щит, что спас нас. Тогда я поняла: «Это оно!» — и в голове прорезался ясный, злой и сильный импульс.
«Это оно!» — промелькнула мысль, и я посмотрела на Неферму, ощущая, что он, кажется, прочитал мою внутреннюю речь.