Глава 4.
Когда охрана привела меня к входу в пирамиду, я ощутила, как внутри меня нарастает смесь волнения и тревоги. Массивные каменные блоки, сложенные в величественный фасад, выглядели угрожающе и одновременно величественно. Дымчатый свет заходящего солнца падал на гранит, обнажая его текстуру и делая его почти живым.
Охранники, уверенно шагали вперёд, их шаги издавали глухие звуки на земле. Я чувствовала, как их присутствие создает вокруг атмосферу настороженности. Стены пирамиды были украшены древними иероглифами, которые, казалось, шептали истории о фараонах и тайнах, скрытых в глубине. Я знала, что нахожусь в сердце древнего Египта, и это ощущение добавляло мне силы и уверенности.
Когда мы вошли в пирамиду, темнота окутала нас, и я вдруг ощутила, как снаружи остался весь мир — шумный и суетливый. Внутри было тихо, лишь изредка доносилось легкое эхо наших шагов. Свет факелов охранников вырывался в этом мраке, создавая завораживающие тени, которые скользили по каменному полу.
Я восхитительно смотрела по сторонам, когда мы углублялись в темные коридоры; таинственные символы и изображения на стенах привлекали моё внимание. Охрана все так и тащила меня под руки я чувствовала, как жизнь истории проникает в моё сознание. Этот момент стал для меня не просто путешествием, а настоящим погружением в древний мир, каждым вдохом ощущая его энергетику и тайны, которые всё еще ждут своего раскрытия.
Когда мы шли по узким туннелям, я была поражена красотой данного места, ведь одно дело — видеть это спустя века, а другое, лицезреть в истиной красоте. Я узнала это место как никто другой — пирамида последнего фараона Неферма. Та самая пирамида, где должна была состояться моя первая экспедиция. Я заметила колонны, которые рассматривала моя подруга Эшли, и коридоры, куда уходили Габриэль и Блэки. Сейчас они были украшены золотыми вставками, которых в наше время уже не было из-за расхитителей гробниц. Это значило, что я каким-то образом попала в эпоху древнего Египта, и кажется, в этом виноват был браслет.
Когда мы вышли из туннеля, я оказалась в огромном помещении с высокими потолками. На стенах были вырезаны иероглифами, а везде стояли горшки с цветами и небольшие пальмы. Мне было жаль, что у меня не было фотоаппарата, чтобы запечатлеть этот момент.
Я рассматривала помещение и не заметила, как мы приблизились к лестнице, на вершине которой стояли три трона. Посередине находился самый большой, украшенный изумрудами, а по бокам — немного меньшие. На среднем троне сидел мужчина лет 60, с левой стороны удивительно красивая девушка с традиционной прической и макияжем, и тут меня осенило, это была наследной царицей и будущей женой фараона Неферма — Аменой. Парень с правой стороны, с каштановыми короткими волосами и шрамом на брови, выглядел очень мускулистым и был одет в традиционные золотые украшения похоже был принц Неферма. А по середине Фараон Сенеб...
Меня поставили на колени, охрана поклонилась так же, как и генерал, который вышел немного вперед и заговорил, его голос раздавался эхом по помещению:
— Да здравствует мой фараон, наследная царица и наследный принц! — он снова поклонился. — Прошу прощения за столь неожиданный визит, но мы схватили эту барышню. Она нам показалась слишком подозрительной.
Генерал указал на меня, и я почувствовала внимание всех присутствующих на себе. Бросив взгляды на людей в тронной зале, моё сердце забилось быстрее.
— У неё какая-то странная одежда, так ещё и ваш браслет, принц Неферма, — продолжал генерал.
Я обратила внимание на принца, который внимательно изучал меня с ног до головы.
— Хм... Она и правда странно одета, но это мелочь. Больше волнует, как браслет моего сына оказался на руке этой девушки, — произнес фараон, смерив своего сына строгим взглядом.
— Я не знаю, отец, — ответил Неферма, глядя на своего отца и показывая руку. — Мой со мной. Это скорее всего подделка, ведь такой браслет единственный в мире.
Фараон кивнул и вновь перевел взгляд на меня.
— Кто бы ты ни была, ты не можешь носить этот браслет, — произнес фараон с жутким холодом в голосе. — Сетеп, сними его и отдай мне.
Сетеп! Я читала о нём; он один из самых сильных воинов армии Египта. Он подошел ко мне и положил руку на запястье, чтобы снять браслет, но тут же закричал, отдернув руку. Боль словно расплавленный металл расплылась по моей руке, и, не в силах сдержать крик, я закричала в унисон с наследным принцем, который также схватился за руку с браслетом.
Пока хаос разрастался вокруг, в моем сознании возникло множество мыслей. Какой тайной обладал этот браслет?
Когда все затихли, а боль начала спадать, я посмотрела вокруг. Взгляды всех, кто здесь находился, перемещались между мной и наследным фараоном Нефермой. К принцу подбежали несколько человек, осматривая парня, видимо лекари. Что вообще сейчас произошло?
Тишина в тронном зале была оглушающей, ее можно было резать ножом. Я почувствовала, как на мне сконцентрировались взгляды всех присутствующих, но особенно — фараона и его сына Нефермы, а также шокированный взгляд Амены. Их глаза, глубоко вмонтированные в выраженные лица, сверкали, полные подозрений и ожиданий, как острые клинки.
Фараон шагнул ближе, его величественная фигура начала приближаться. Одетый в великолепные золотые мантии и богато украшенные драгоценностями украшения, он излучал силу и власть. Его лицо, жесткое и строгие черты, выражали одновременно мудрость и решимость.
— Кто ты, Анубис тебя подери? — произнес он, его голос звучал низко и властно, как гром далекой бури. Я ощутила, как воздух в зале стал тяжелым от напряжения. — Как ты узнала о браслете и где ты его взяла? Откуда ты пришла, и какая твоя цель в нашем величественном царстве?
Собравшись с мыслями, я сглотнула, пытаясь отыскать нужные слова. Неферма, стоящий рядом, скинул свои руки на грудь, пронзая меня настороженным взглядом. Его мгновенная реакция говорила о том, что он не доверяет мне.
— Я.…я пришла из другого времени, — начала я, стараясь говорить уверенно, и моё сердце билось как бешеное. — Где вы — очередная страница книг по истории, — добавила я, чтобы подчеркнуть свою искренность. — Браслет мне подарил отец, я понятия не имела, что так будет. Моя цель — не навредить вашему царству. Я просто оказалась здесь по стечению обстоятельств, случайно, во время своих археологических раскопок. Может, именно этот браслет — та загадка, которая поможет понять, что происходит.
Фараон поджал губы, его глаза сузились, придавая взгляду еще больше проницательности. Он, казалось, сосредоточился на каждой моей детали, выжидая, пытаясь уловить хоть малейшую уловку в моих словах.
— Случайно? — переспросил он, наклонив голову и подбирая темную окантовку в своей пурпурной мантии. — Ты думаешь, что я могу поверить в это? Время — хрупкая вещь, и те, кто его нарушает, могут привести к катастрофе. Но ты говоришь правду?
Неферма, с суетливым взглядом, добавил:
— Ты должна объяснить, как именно ты попала в наше время. Возможно, ты знаешь больше, чем говоришь. Если ты действительно из другого мира, это может быть опасно для нас всех.
Я почувствовала, как сердце забилось быстрее, словно пытаясь вырваться на свободу. Два могущественных человека, сидящие передо мной, требовали правды, и их ожидания были подавляющими. Я знала, что должна быть осторожной в своих словах.
— Я не знаю, как это произошло, — призналась я, сжимая в руках край своей юбки, чтобы не выдать волнения. — Я просто... оказалась в этом месте, когда прочитала найденный папирус. Но я не хочу причинить вреда, я сама сейчас не понимаю, как я здесь оказалась. Моя единственная надежда — разобраться в этом с помощью вас и найти способ вернуться домой.
Фараон и Неферма обменялись взглядами, и во всей тишине зала я ощутила, как нарастает напряжение. Они не были удовлетворены моими ответами. В воздухе витал запах загадки и недоверия, и я знала, что должна сделать все возможное, чтобы заслужить их доверие.
— Если ты действительно не враг, — произнес фараон, его голос стал более мягким, но все еще строгим, — то нам нужно узнать больше. Ты должна помочь нам разобраться в этом, иначе последствия могут быть катастрофическими для всего царства.
Страх и надежда боролись внутри меня, и я понимала, что то, что началось как случайность, могло перерасти в нечто большее, чем я могла себе представить.