Полина перевернулась на бок и поджала к себе колени. Уткнулась в одеяло, на которое упала слеза, однако рыжеволосая быстро вытерла оставшуюся дорожку. За спиной открылась дверь. Хюррем подумала, что пришла лекарь и поэтому не стала поворачиваться, пока не почувствовала чужой вес на постели.
— Госпожа?
На краю сидела Фирузе и мягко улыбалась.
— Как ты?
Девушка шмыгнула носом.
— Нормально. Лечат хорошо.
«Гадостью всякой пичкают.»
— Отлично. А я проведать тебя зашла и новость одну сказать.
Долго реакции ждать не пришлось. Хюррем приподнялась и с интересом спросила:
— Какую?
Фирузе выдержала томительную паузу и наконец-то дала ответ:
— Ибрагим стал Великим визирем.
Полина широко распахнула глаза, и даже приоткрылся рот. На какой-то миг она явно растерялась.
«В принципе, это должно было случиться. Но как теперь всё сложится? Вдруг власть башню снесёт и захочет на Хатидже жениться? Ладно, не время поддаваться панике. Нужно что-нибудь ответить.»
— Ааа... Здорово! Лёгкой службы ему...
Не сводя с рыжеволосой пристального взгляда, Фирузе добавила:
— Так же Повелитель подарил ему дворец...
«Ооо... А это неожиданно немного. Хм... А что с Фирузе? Вроде улыбается, но в глазах печаль какая-то. Появился повод перевести тему...»
Хюррем поддалась вперёд и коснулась ладони персиянки. Чуть наклонила голову в бок, словно изучала.
— Госпожа, у вас всё хорошо? Ничего не случилось? Взгляд выдаёт тревогу...
Фирузе опустила глаза и тяжело вздохнула.
— Сулейман завтра отправляется с Мустафой к Махидевран. Понимаю, что мне не о чем волноваться, но не могу ничего с собой поделать...
«Ревность штука такая. А зная, что Сулейман не прочь с другой поразвлечься... Хотя нет. На Махидевран его точно не потянет.»
— Госпожа, если честно, то не могу здесь что-то дельное посоветовать. Наверно, не стоит загонять себя, а главное помнить, что в сердце Султана именно вы. Уверена, они вернутся быстро.
«Главное без Махидевран.»
— Спасибо, что всегда находишь слова поддержки для меня. Выздоравливай скорее. Дети скучают...
***
Весь день прошел для Ибрагима в напряжённом ключе, поэтому вечером они с Матракчи условились, что встретятся и немного выпьют за такое важное назначение грека. Вот только не успел Паргалы покинуть кабинет, как к нему пришли с посланием.
— Паша Хазретлери, вам письмо от Махидевран Султан.
Визирь взял тубус и отослал стража прочь. Через несколько секунд взгляд скользил по тексту.
«Ибрагим, ты всегда верой и правдой служил нашей династии и продолжаешь это по сей день. Много раз ты выручал меня, спасал, а так же стал дорогим другом моему Мустафе. Мне не хватит слов, чтобы отблагодарить тебя за всё то добро, но знай, я никогда не забуду и придет день, когда смогу отплатить тебе сполна. Прошу лишь оказать мне помощь ещё раз. Наверняка ты уже знаешь о моей позорной ссылке. Единственное моё желание - это вернуться и быть рядом с моим шехзаде. Мне без него невмоготу, как и ему без меня. Надеюсь, ты окажешь поддержку.»
Махидевран Султан
Ибрагим отбросил письмо и сложил ладони в замок, крепко задумавшись. Сколько раз он подставлял себя под удар, чтобы закрыть проделки этой женщины? Её действия во время их отсутствия в походе стали последней каплей в чаше терпения. Мужчина нашел чистый лист и быстро начеркал ответ, который потом передал стражу у входа, а сам отправился на встречу с художником.