Полина приподнялась на локтях и оглядела спящих девушек. Затем оставалось почти бесшумно вырвать лист, вывести на нем несколько слов и осторожно покинуть комнату.
Оказавшись в коридоре, рыжеволосая выдохнула, прислоняясь к двери и прислушалась. По пустующему коридору гулял ветерок, разносился треск факелов. Хюррем побрела вперёд, на каждом повороте выглядывая из-за угла.
«Бродить в такое время опасно. Можно увидеть или услышать ненужное... Брр.. Я уже накручиваю себя. Блин, а как я узнаю, где он именно? Заглядывать? Услышать ведь может! Ёлки-палки... Ладно, я уже вышла. Тут вот остался поворот и золотой путь... Ух, аж колени трясутся! Вот адреналин на ночь глядя!»
Перед глазами растянулся тот самый коридор. Полина шла по нему и будто не дышала. Прислушивалась к каждому шороху, готовясь в случае чего уносить ноги.
«Так, а вот и кабинет его. О, дверь приоткрыта! Повезло то как... Фортуна, неужели ты решила ко мне передом повернуться?»
Рыжеволосая подкралась к двери и заглянула краем глаза. Внутри царил полумрак. Свет исходил лишь от пары свечей. Сам хозяин кабинета посапывал за столом, лёжа на открытой книге.
«Надеюсь, он спит крепко, а то будет очень весело. Или лучше не надо? Так, ну я уже тут. Зря шла что ли? Удачи мне!»
Стараясь даже не дышать, Полина медленно приоткрыла дверь шире, при этом корчась от тихого скрипа. Глубоко вдохнув воздух, девушка проскользнула в образовавшийся проход и выдохнула. На носочках Хюррем подлетела к столу и оставила рядом со спящим мужчиной свое послание. Несколько секунд полюбовалась им, а затем так же осторожно покинула кабинет, поборов желание прикоснуться к нему...
***
Следующим утром все члены султанской семьи собрались, чтобы проводить Повелителя в нелёгкий поход. Конечно, всё это время Полина была рядом с Фирузе и после того, как Султан покинул покои Валиде, все начали расходиться. Только лишь Хатидже Султан осталась с матерью.
Уже в коридоре Хюррем и госпожа шли позади Гюльшах, Махидевран и ее сына. Только вот мальчик неожиданно начал капризничать и вырываться.
— Мама, ну почему я не могу остаться со своим братом? Я хочу с ним поиграть!
Мельком глянув на приближающуюся фаворитку Султана, Махидевран дёрнула сына и прошипела:
— Какой он тебе брат, Мустафа? Ты забыл о чём мы с тобой говорили?! Забудь! Никаких игр!
— Госпожа! — окликнула ее Фирузе. — Почему же вы пресекаете вполне естественное желание своего ребёнка? Разве плохо, что шехзаде хочет участвовать в жизни своего брата? Наоборот, прекрасно!
Махидевран резко развернулась и вклинилась холодным взглядом в девушку.
— Не суйся куда не следует, Фирузе! Мне решать, что будет делать мой сын!
Но Фирузе не планировала отступать. Ей было жаль Мустафу и девушка хотела сделать всё справедливо.
— Поверьте, он вам спасибо за это потом не скажет! — затем госпожа посмотрела на Мустафу, что прятался за спиной матери. Одна губа тряслась, а в глазах застыли слёзы. Держа одной рукой Мехмеда, Фирузе протянула вторую руку его брату. — Мустафа, если так хочешь, то пойдём. В саду проиграешь с братиком.
На лице мальчика сразу же засияла улыбка, и он вышел из-за спины, готовясь сделать шаг навстречу такому манящему предложению, однако путь преградила Махидевран.
— Да как ты смеешь?!
Тем временем Полина стояла рядом и наблюдала за всей этой неразберихой с Михримах Султан на руках.
«Ох, Фирузе, зря ты это затеяла. Понимаю, жалко стало Мустафу, но эта ненормальная проблем тебе наделает. Ух, как бесит меня! Ни себе, ни другим! Таак, что-то дело обороты набирает. Махидевран орёт как собака бешеная, только слюни не пускает. Блин, Мехмед заплакал... Мустафа тоже слёзы сдерживает... Сейчас Михримах подхватит... Надо что-то с этим делать! Стоп, эй, розарий увядший, куда лапы потянула???»