— Молодец, Гюльшах. Проследи за этим евнухом, а после доложи результат мне, — когда Гюльшах покорно поклонилась, госпожа на миг задумалась, мотнув головой. — Хотя стой. Ты глупостей, как всегда, наделаешь. Доверь это дело нашему преданному аге.
Конечно девушка смутилась, однако не посмела высказать недовольство и просто приняла эту данность.
***
Часы ожидания тянулись мучительно долго. Полина не могла усидеть на месте, всё раздумывая, когда же Гюль-ага принесет вести. Нервы натянулись струной. Такое взвинченное поведение, конечно, не осталось незамеченным. Фирузе пыталась узнать, что происходило с девушкой, но та естественно не сознавалась. Персиянка не настаивала.
И вот, когда шел второй час дневного сна детей — а вместе с ними так же задремала их мать — наконец-то объявился евнух. Полина осторожно вышла к нему в коридор.
— Ну что там? Получилось? — спросила шёпотом рыжеволосая.
Гюль ответил в той же тональности:
— Получилось. Собирайся. Он ждёт нас в мраморном павильоне.
Хюррем не смогла сдержать радости и взвизгнула, слегка подпрыгнув. Евнух залепетал:
— Тихо, тихо! Совсем с ума сошла?! Быстрей давай!
— Да-да, сейчас!
Воодушевление переполнило ее на столько, что Полина чуть не забыла о спящих в покоях, но вовремя пришла в себя. Эсме пришлось соврать про прогулку в саду и, мигом собравшись, девушка выскользнула вновь в коридор, где на том же месте ждал евнух.
***
А тем временем Махидевран так же не находила места, ожидая новостей. Черкешенка ходила из стороны в сторону, временами что-то говоря самой себе. И, когда двери отворились, госпожа кинулась навстречу Гюльшах.
— Что там, Гюльшах?! Не тяни!
— Да, госпожа, Керем-ага выяснил, что Гюль-ага привез в мраморный павильон Якуба Эфенди!
Услышанное опустилось на плечи будто тяжёлыми камнями. Махидевран отшатнулась, не веря своим ушам.
— Ч-что?!
— Это ещё не всё, госпожа. Не знаю, связана ли с этим делом Фирузе, так как на встречу с чернокнижником отправляется не она сама, а Хюррем!
Черкешенка медленно осела на тахту и схватилась за голову.
— Догадалась о чём-то, рыжая дрянь...
Гюльшах с опаской приблизилась к Махидевран и осторожно произнесла:
— Госпожа, я думаю здесь дело в другом. Как эта глупая могла о чём-то догадаться?
Девушка помотала головой. Процедила:
— Не стоит ее недооценивать. Она наверняка действует за спиной этой змеи. Вынюхивает всё, как собака цепная, — Махидевран остро поймала взгляд своей служанки. — Гюльшах, чтобы там ни было она не должна переступить обратно порог дворца. Сделайте, что угодно, но не допустите этого. Ты меня поняла?
Гюльшах кивнула.
— Да, госпожа.
***
В небольшое помещение проникал слабый свет солнца. Здесь всё было словно в дымке. Пахло полынью и ладаном. За спиной закрылись двери, от чего Полина вздрогнула. В стороне окна стояла ширма, через которую можно было видеть тёмную фигуру человека. Сглотнув мешающий в горле ком, девушка сделала несмелый шаг.
«Жутко то как... Надеюсь, порчу на меня не наведёт.»
Оказавшись на противоположной стороне ширмы, рыжеволосая собралась с мыслями и заговорила тонким голосом:
— Здравствуйте, Якуб Эфенди, приношу извинения за беспокойство, но у меня к вам очень важное дело...
Послышался звук, похожий на бульканье воды. Хюррем лучше вгляделась в отверстия и смогла разобрать на столе рядом с мужчиной блюдце, в котором он водил пальцами.