— О ней. Мы в саду были, когда она подошла. Сказала Хюррем, мол, тебя госпожа зовёт, в саду здесь гуляет. Я ничего не заподозрил, да и отпустил их. А потом уж узнал, что ничего подобного не было! Фирузе Султан сама девушку обыскалась.
На несколько секунд повисла тишина. Девушка переводила взгляд с одного на другого, словно ожидая некого приговора. Гюль-ага нетерпеливо топтал ногой, ожидая слов Рустема, а сам конюх пытался в ускоренном темпе обдумать ситуацию.
— Позволь мне провести… — в паузу мужчина попытался подобрать подходящее слово. — Допрос…
Евнух сделал шаг назад и воскликнул:
— Да пожалуйста!
Поняв, что дело совсем плохо, рабыня дёрнулась с места, но быстро об этом пожалела, так как боль в ноге дала о себе знать. Рустем усмехнулся. Улыбка на лице застыла в неком оскале и конюх навис над девушкой, грубо взяв ее за подбородок.
— Так что, пойдешь на контакт или уговорить тебя по-другому? Поверь, у меня много способов, но ни один из них тебе не понравится…
Та смелость, которую она демонстрировала перед евнухом, что никаким образом не вселял страх, развеялась как туман, ничего от себя не оставив. Сейчас перед ней абсолютно другой человек и в его угрозу действительно верилось… Ледяной взгляд проникал точно в самое нутро, вызвав собой дрожь. Она сглотнула слюну и забыла обо всём, лишь бы этот мужчина больше не был так опасно близко.
— К-керем-ага вывез её в лес, а там… либо в озеро… либо в землю…
На какой-то миг Рустем явно растерялся, как и Гюль-ага позади. Евнух отшатнулся назад и прикрыл рукой рот, прошептав:
— Аллах помоги… — после намного громче. — Может быть уже поздно! Я должен немедленно доложить!
— Стой, — Рустем выпрямился и продолжил, не оборачиваясь. — Эту с собой забери, чтоб не сбежала. Я поеду первым, чтобы не терять времени. Об этом тоже доложи.
— Конечно, конечно!
И на этом их пути разошлись. Рустем запрыгнул на коня и помчался на поиски Хюррем.
***
Полина уже давно не чувствовала рук и ног, находясь в прямом смысле в подвешенном состоянии. Острое плечо впивалось куда-то в район живота, а сама она уже плохо соображала, чувствуя будто к мозгу прилила кровь. Веревки больно впивались в нежную кожу, что после явно останутся хорошо заметные следы. Первое время девушка, конечно, сопротивлялась, кричала, но силы ее были не вечны, как и воля. Какой толк был от этих потуг? Над ней точно не сжалятся сколько не умоляй.
«Ну где там уже волшебный поворот судьбы, что спасет меня? Или здесь мне тоже суждено умереть молодой? И где я так согрешила… Сколько он меня так тащит уже? Кажется вечность. Как только смог вывести за пределы дворца? Некоторым тут могут сами ниндзя позавидовать. Куда несёт? Ничего не вижу. Не чувствую. Дышать в этом мешке сложно. Надеюсь, он будет не из тех похитителей, которые перед тем как убить издеваются над жертвой…»
— Ай! Ммм…
Хюррем ощутила резкую боль на бёдрах, потому как парень скинул её с плеча на землю. Затем схватил крепко за плечо и рывком поднял в сидячее положение. Через несколько секунд стало неожиданно светло. В лёгкие будто заново накачали воздух. Всё просто: он снял с нее мешок. Рыжеволосая сощурила глаза, привыкая к новой обстановке. Керем-ага склонился над ней.
— Ну как ты, красивая?
«Синяки его мои, кажется, не смутили…»
Хюррем нахмурила брови, и скривила губы, ответив с упрёком осипшим от крика голосом:
— Мог бы быть понежнее раз дело с дамой имеешь.
Стражник гарема выпрямился, но для того, чтобы игриво сделать лёгкий поклон.
— Приношу свои извинения, госпожа. Не умею быть таким.
Полина мельком глянула в стороны. Конечно повсюду их окружал лес, и выделялось лишь одинокое озеро, по которому плыли опавшие с деревьев листья. Подул холодный ветер, от чего девушка съежилась, тряхнула головой, чтобы с лица спали мешающие волосы. А после совсем непринужденно, будто так и должно быть, спросила: