Полина вздрогнула, услышав крик Гюль-аги и грохот открывшейся двери. Евнух влетел на всех парах, улыбаясь во все тридцать два зуба.
— Повелитель наш в столице уже! Валиде Султан ждёт вас в покоях!
Сердце ёкнуло. Фирузе подскочила с места, а рыжеволосая тем временем в спешном темпе закончила собирать детей.
— Мы сейчас же прибудем!
Госпожа напоследок взглянула на свое отражение, а затем взяла на руки сына, у Полины осталась Михримах. При таком раскладе обе выбежали в коридор и быстрым шагом направились в покои Валиде Султан. Там уже собрались Хатидже Султан, шехзаде Мустафа, Гюльфем Хатун и конечно сама Айше Хафса. Девушки прошли внутрь и почтительно поклонились. После одобрения главы гарема, Фирузе заняла свое место в конце и Хюррем рядом с ней. Воцарилось предвкушающее ожидание. На губах застыли улыбки, сияли глаза. Раздалось долгожданное:
— Дорогууу Султан Сулейман Хан Хазретлери!
Все присутствующие склонились. Вместе с зимней прохладой в покои вошёл Сулейман, озарив своей счастливой улыбкой. Скользнул взглядом по ждущим его людям и остановился напротив матери. Та протянула ему руку.
— Слава Аллаху, мой храбрый лев вернулся с победой!
Мужчина поцеловал тыльную сторону ладони и сказал:
— Я тоже счастлив вас видеть. Как вы, Валиде?
Женщина не стала сразу сетовать на образовавшиеся проблемы. Мягко держала улыбку.
— Прекрасно! Я наконец-то вижу тебя своими глазами!
Сулейман кивнул и перешёл к сестре, протянув ей руку.
— Хатидже, моя дорогая сестрёнка, у тебя всё хорошо, надеюсь?
Девушка оставила поцелуй на холодной коже. Ответила воодушевленно.
— Я молилась за вас день и ночь! С вашим появлением мне намного лучше.
Следом настала очередь Гюльфем.
— Гюльфем...
— Повелитель, я тоже не переставала читать за вас молитвы! Вы принесли свет в этот дворец!
И старший наследник...
— Мустафа!
— Папа!
Сулейман подхватил сына на руки и крепко обнял, уткнувшись тому в шею носом. Вдохнул родной аромат.
— Надеюсь, хорошо себя вёл?
— Да!
— Молодец!
Мужчина опустил ребенка на пол и заметил, что не хватало во всей компании Махидевран, однако мысль о ней быстро улетучилась, когда Султан увидел любимую женщину. Фирузе затаила дыхание, ощутив на щеке такое нужное прикосновение. Посмотрела в до боли знакомые глаза, наполненные теплотой и нежностью, с тенью беспокойства... Небольшие рубцы на лице привлекли внимание...
— Повелитель, я так счастлива. Наша разлука наконец-то закончилась. Мне нужно с вами многим поделиться...
И все без продолжения поняли о чем речь.
— Безусловно...
Сулейман поцеловал Мехмеда, а после Михримах. На долю секунды задержал взгляд на Хюррем, что той сразу стало не по себе. Что-то в этом было, но мигом ускользнуло...
«Чего это он? Может у меня опять паранойя? Накручиваю себя. Ой, всё закончилось уже?»
Перекинувшись ещё несколькими словами, Султан покинул покои матери, и Фирузе тоже решила не задерживаться. С дозволения Валиде, девушки вышли в коридор, где персиянка облегчённо выдохнула.
— Хюррем, я так счастлива! Прям груз с плеч упал.
Фирузе как никогда выглядела расслабленной, безмятежной, а главное живой. Мрак пережитых дней мигом спал. И если бы было возможно, то все здесь услышали бы, как пела её душа.
— Мне только в радость видеть вас в таком настроении.